15:19 

Дренорская эпопея

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
История одной попаданки, переросшая в рассказ о старом-новом Дреноре и о том, каким мне видится этот аддон Варкрафта. Дренорские орки разных кланов, Альянс, Орда и приключения. Фик ещё далеко не закончен, но мне хочется начать выкладывать его именно сегодня, в честь дня рождения одного чудесного человека.
Моей варкрафтовской музе и замечательному другу. Дариона, ещё раз с днём рождения!

Джиллиан казалось, что этот день тянется целую вечность. Не потому, что он такой ужасный – наоборот, он прекрасен. Когда ещё вчера ты в Подгороде спорила с подругой, уговаривая её, что ничего страшного не случится, а сегодня перед тобой лежит новый мир.
- Я на Дреноре! Я на Дреноре!, - это хотелось вопить в полный голос, и она вопила, когда здешний забавный двухголовый ящер – рилак нёс её по воздуху. Если снизу кто-то что и услышит, ну, подумает, что девушка боится полёта. А Джиллиан чувствовала себя как во сне или в сказке.
А ведь в первый раз слово «Дренор» ничем сказочным не звучало. Родной мир орков, лежащий в руинах, очередные эльфийские интриги. Это всё прошло стороной, во-первых, потому что не касалось её напрямую, во-вторых, потому что смотреть на изуродованный мир – нет, спасибо. Можно съездить на Мёртвый шрам – дешевле выйдет.
Да и в этот раз Дренор поначалу был опасностью, порталом, поглотившим самых отважных… Но потом они возвращались, и рассказывали про настоящий огромный живой другой мир. Про то, как в снегах ставился гарнизон, как буквально выгрызали место для другого поселения у джунглей, и как постепенно мелкие лагеря разрастались в настоящие крепости. Про то, что это Дренор, каким он был годы и годы назад. Про орочьи кланы, про крылатый народ араккоа, про жутковатые живые растения, так не похожие на спокойных древней. А если у тебя есть подруга-магесса, и она несёт службу в гарнизоне, то ты вдруг понимаешь, что эта красота на расстоянии одного шага. Одного камня возвращения, на котором вы можете прыгнуть вдвоём.
Вивиана поначалу заявила, что тащить лазутчицу-недоучку (ну да, с фехтовальным искусством у Джиллиан не шло совсем, хотя на поясе и висели два кинжала – дескать, я не безоружна) в дикие места не будет, что там вообще-то идёт война и подумай головой. Но честное слово, Джиллиан и так думала. Что бояться ей уже нечего, а так можно сидеть в родном городе до нового пришествия Артаса. Она не собирается идти геройствовать, в одиночку с кем-то там сражаться или вообще сражаться. Чем она будет так сильно отличаться от тех работяг гарнизона, которых Вивиана честила жуткими лентяями? Если их этот мир не слопал сразу, то и её не проглотит.
В итоге магесса сдалась. Правда, фыркнула, что «Ты-то не лентяйка, тебе не хватит посидеть в гарнизоне». Но заодно сделала королевский подарок – карту всех станций летунов, потребовав только не соваться туда, где слишком опасно. Деньги есть – развлекайся.
Деньги действительно были. Смешно сказать, уже став нежитью, Джиллиан по старой памяти какое-то время продолжала копить на приданное, пока до неё не дошло, как это теперь глупо. Да и потом как-то не транжирила, и отложенную сумму тоже особо не трогала – пусть лежит. Вот и пригодится – полетать, купить какую-то мелочь на память. Может, сделать ставку на здешней арене в Награнде – никогда она таким не увлекалась, но Вивиана рассказывала про те бои с воодушевлением, дескать, лучше, чем у нас. Да мало ли что можно, главное, что у неё есть это путешествие.
читать дальше

@темы: фанфики мои, варкрафт

URL
Комментарии
2016-02-14 в 15:20 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Видимо, сказалась вчерашняя усталость, и идея «я всё равно проснусь раньше него» не сработала. Когда Джиллиан открыла глаза, вождь был уже на ногах. Разминающийся с мечом орк выглядел фантастично – ей приходилось видеть тренировки коркроновцев (те не упускали случая показать свою силу перед хилыми, с их точки зрения, людьми Подгорода), но мало кто из них мог похвастаться такой мускулатурой. Или вот так удерживать длинный и явно тяжёлый клинок одной рукой. А ведь он даже не красуется перед ней, он вообще на неё не смотрит. Это просто разминка.
- Доброе утро, - сон явно пошёл на пользу нервам – голос звучал спокойно, как если бы она не первый раз вот так просыпалась в логове древнего вождя. И не впервые осознавала, насколько он силён, - Мне казалось, твое оружие – молот.
Что-то такое пели в песнях, а ещё она видела молот вчера в, так сказать, здешней гостиной. А ещё одной девице, наверно, стоило бы придержать язык, только поздно.
- Молот – хорошее оружие, но меч может больше. Если буду тренироваться только с молотом, потом не смогу драться ничем другим, меч… гибче, - Чернорук ответил, не сбиваясь с ритма тренировки, только чуть повернул голову, взглянув на Джиллиан, - С возрастом ловкость уйдёт, но я не хочу это торопить.
Некоторое время девушка сидела молча, стараясь не любоваться совсем уж откровенно. Мало ли как он может понять твоё внимание. Хотя зрелище впечатляло. А ещё Джиллиан с невольной улыбкой мысленно поблагодарила Грегори Чарльза, сурового наставника, который в своё время заставил девушку довольно коротко постричься. «Лазутчик имеет право носить длинные волосы, только если достаточно ловок, чтобы его за них не поймали», - гавкал он на учеников и особенно учениц. Ну, поймали её даже со стрижкой, увы, зато хотя бы меньше проблем с оставшимся где-то вместе с сумками гребнем. Напоминать про свои вещи она не хотела – там было кое-что куда более ценное в нынешней ситуации, чем расчёска, и хорошо бы, чтоб вождь не понял, насколько эта вещь ей нужна. «Шанс на побег у меня один – либо удачный, либо роковой», сказала она себе. Прозвучало красиво, по-книжному, и это почему-то ещё придало сил.
Думая о своём нынешнем положении, Джиллиан гладила шкуру неизвестного зверя. Даже сейчас, когда ладони вернулись к нормальной, а не «живой» чувствительности, мягкость меха поражала. Она пропустила длинную рыжую шерсть между пальцев и почти почувствовала щекотку.
- Как спалось?, - Чернорук опустил меч, потянулся. Вот сейчас он точно красовался перед ней, и девушка невольно порадовалась, что не краснеет. Лучше выглядеть наивной и непонимающей таких вещей, чем соблазнительной.
- Чудесно, - улыбнулась она, практически не солгав. Всё в порядке, ты простушка, которую совсем не смущает вид полуобнажённого мужчины, даром что не твоей расы, - А что это за шкура? В наших краях, кажется, таких существ не водится. Такая мягкая…
- Шкура саблерона. Я воевал с ними.
Девушку точно ударило. Она отдёрнула руки, как будто мех начал кусаться.
- Я… сейчас, - горло перехватило окончательно, но, к счастью, никаких объяснений не потребовалось. Джиллиан выскользнула из «спальни» и двинулась дальше, по запомненной вчера дороге. Купальня ей была сейчас нужна не больше, чем другие, хм, удобства, но, может, там получится побыть одной.
Эти саблероны разумны! Всё равно, что снять шкуру с таурена… или пандарена. А она ещё радовалась мягкому меху. Будь Джиллиан живой, её бы, наверно, вывернуло наизнанку если не по пути, то сейчас, когда она склонилась над каменной чашей с водой.
Конечно, она знала, что тролли едят любое мясо, в том числе и разумное. Знала и другое, похуже – после освобождения не все отделались от упырьей привычки жрать тела убитых. Об этом в Подгороде шептались, крайне редко называя имена, но сын нашей соседки говорил, что троюродный брат его приятеля… Мерзкие сплетни! Единственной из всех знакомых девушки, кто говорила об этом по-другому, была Вивиана. Как-то раз она обмолвилась, что «Знаешь, подруга, если кто-то ест мертвецов, потому что ему это кажется вкусным, то надо лечить голову. Но если передо мной будет стоять выбор – съесть убитого врага, чтобы были силы действовать дальше, или просто проиграть… я знаю, что я выберу».
На мгновение вместо своего отражения в воде ей почудилась Ви. Умная, решительная, с вечно падающей на лоб чёлкой. Она отбрасывала волосы резким движением головы, за что в детстве её дразнили лошадкой. Она бы никогда так глупо не попалась, а попавшись, смогла бы выкрутиться.
И она бы точно тебе сказала – думай, а не истери. Орочий вождь сделал тебе подарок. Если сейчас ты этот подарок оттолкнёшь, то взбесишь его, и точно не сделаешь лучше никому. Шкуре уже вообще-то всё равно!
Глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, Джиллиан отвернулась от отражения. Взгляд скользнул по украшавшим купальню узорам – в некоторых из них, кажется, угадывались силуэты зверей. Интересно, а ведь оргриммарские орки никогда не говорят, что охотятся на волков. С волками воюют, потому что это тотемный зверь, он вроде как равен орку. Не могут ли саблероны быть тоже какими-то местными хищными кошками, просто к ним относятся с особым пиететом? Или это шкура ездового зверя, как у кельдореев? Она понимала, что подыскивает те объяснения, которые помогут ей смириться с… подарком, но в любом случае, прежнему хозяину шкуры ты точно не поможешь. Кем бы он ни был, не ты его убивала. И ты не в той ситуации, чтобы высказываться о местных нравах, какими бы они не были.
И всё-таки её очень радовало, что на поедание мяса разумных у орков, как минимум, оргриммарских, а они ведь потомки здешних, было наложено табу. Там, где человек сказал бы «троллья привычка», орки, особенно старики, с не меньшим презрением бросали «огрская».
Когда Джиллиан вернулась в покои вождя, она уже почти успокоилась. Да, при мысли о том, что ей придётся спать на шкуре, возможно, разумной твари, её передёргивало, но лучше об этом просто не думать.
- Доброе утро, Нурт, - поприветствовала она накрывавшего на стол пеона. Тот что-то неразборчиво ответил. Кажется, его удивило, что чужачка хорошо говорит на орочьем, да ещё и запомнила вчера его имя.
«Надо быть полной идиоткой, чтобы не постараться запомнить, как зовут личного слугу лорда, то-есть вождя!». Несмотря на подчёркнутую субординацию – как и вчера, пеон не сел за один стол с Черноруком, она прекрасно видела, что в поведении темноволосого орка нет ни капли раболепства. Если переводить местные реалии на человеческие, то он больше был похож на дворецкого или камердинера, а не на обычного прислужника.
Интересно, ей разрешено разделять с вождём трапезу, потому что её всё же посчитали воином, или она вообще вне этих статусов? Хотя когда Чернорук смотрел на неё, девушке невольно думалось, что спокойнее было бы сидеть в углу, чем рядом с ним. Тяжёлый пристальный взгляд заставлял слегка нервничать. Джиллиан старательно делала вид, что больше всего увлечена завтраком, хотя была не уверена, что получается.
От мыслей о своём нынешнем положении отвлёк только странный напиток. Она сочла, что это какой-то густой травяной отвар, но вкус был совсем другим. Резкий, сильный, сладковатый, с то ли ореховым, то ли Свет весть каким привкусом… и очень отчётливый. «Что-то здесь много вещей, которые заставляют чувствовать себя живой». Таким эффектом обычно обладал крепкий алкоголь, но этот напиток был чем-то совсем другим. Какой-то местный чай?
- А как называется этот напиток? Мне кажется, я ничего подобного не пробовала.
Чернорук ухмыльнулся:
- Эти деревья мало где растут, кроме Горгронда. Кофе – хорошая штука, помогает проснуться, даёт силы, только много не пей, особенно если не привыкла.
- Что будет? Он пьянит?, - тогда ей точно опасаться нечего, но лучше не намекать, что ты немного мёртвая.
- Плохо будет. Я видел орка, который решил, что сможет сделать работу троих в одиночку. Он выпил кувшин и работал как бешеный. А потом упал.
- Он умер?
- Рядом был шаман, потому этот орк жив до сих пор и рассказывает внукам, почему так делать нельзя, - видимо, выразительный оскал стоило считать весёлой улыбкой - но лекари говорят, что спасать после такого – всё равно, что взять сердце после удара мечом и склеивать по кусочкам.
- Спасибо, - кружку она всё же допила, справедливо рассудив, что её эти предупреждения не касаются, - А из чего этот напиток делается? Листья, коренья?
- Кофейные ягоды. Их сами есть нельзя, хотя Весёлые Черепа жрут. И вроде как обретают особый боевой дух, сражаются плечом к плечу с предками и… в общем, они Весёлые Черепа.
Застольная беседа как-то улучшила настроение, причём, похоже, не только ей. Чернорук, обернувшись к своему пеону, спросил:
- Как думаешь, все три отряда уже прыгают вокруг своих машин в ожидании соревнования?
Девушка отметила, что слово «машина» прозвучало на сильно искажённом, но гоблинском.
- Они ждут тебя, вождь, и скалят клыки друг на друга, - в тоне Нурта шутливости не было, скорее нечто… затаённое, - И да, кое-кто имела наглость не переназвать машину. Надеюсь, ей не повезёт…
- Молчать! Он был достойным воином, и имя, данное в честь него, достойно! Кто бы там не выиграл, я хочу, чтобы эта машина покрыла себя славой в сражениях, - низкий рык заставил и пеона, и Джиллиан невольно отшатнуться. Переход от веселья к ярости казался почти безумным, точно слова слуги задели какую-то рану, - Пусть машина носит его имя, пусть он продолжит биться так.
После этих слов воцарилось молчание. Хотя гнев Чернорука был обращён не на неё, девушка сидела, не шевелясь. Вождь медленно разжал кулаки, выдохнул сквозь зубы.
Нурт, явно заметив, что его господин успокаивается, негромко произнёс:
- Не мне судить о делах воинов. Прошу прощения, - и низко склонил голову, так, что волосы закрыли лицо. Потом, распрямившись, спросил: - Мне остаться и сторожить её?
Вождь поднялся из-за стола.
- Нет, ты мне нужен. Джиллиан, не смей выходить отсюда, пока я не разрешу.

URL
2016-02-14 в 15:21 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Ей оставалось только склониться, копируя жест Нурта. Кажется, такой знак покорности признали достаточным. Так и не сдвинувшись с места, она наблюдала, как пеон быстро собирает посуду и уносит её, вернее, передаёт в дверях молодой орчанке. То ли приступы ярости у Чернорука были частым явлением, то ли слуга великолепно владел собой, но сейчас он уже выглядел спокойным. Девушка надеялась, что может сказать то же самое о себе.
Сам вождь являл собой впечатляющее зрелище. Поверх кожаной брони он надел массивные наплечники, изображавшие, судя по всему, языки огня. Видимо, это был здешний вариант парадного доспеха – не для боя, а для присутствия на состязании.
Джиллиан искоса наблюдала за ним – и за идущим на шаг позади Чернорука Нуртом, пока не захлопнулась дверь. Послышалось ей или нет, что лязгнул замок? Вождь всё же решил не полагаться на смирение пленницы и запереть её здесь? Впрочем, проверять это девушка не собиралась. Вместо замка могли щёлкнуть металлические украшения двери… а за выполнением приказа кто-то наблюдает. Хотя бы та же служанка-орчанка.
«Если лазутчик слишком труслив, то он не соберет много информации. Но если вы попались, то толку от вас просто нет, ясно?!», - вспомнились уроки Грегори Чарльза. Интересно, что бы он ей сказал в этой ситуации? Ругань и заверения в её полной тупости и неспособности опустим. «Если у тебя нет конкретного задания, ставь себе задачу сам. Да, верти головой и запоминай как можно больше всего, но должен быть какой-то маяк». Ну, первой целью на выяснение могут послужить те самые машины. Когда вождь вернётся, стоит расспросить, что они такое и в чём соревнуются.
А пока Джиллиан бродила по «гостиной», изучая комнату. На вделанной в стену полке – выглядело это так, точно её выточили из камня стены, обнаружились книги. Секунду девушка просто смотрела на толстые пергаментные тома, мысленно выдавая себе большой щелбан. Хороший лазутчик никогда не считает врага идиотом. Ты видела машины, которые здесь делают, видела эту систему для воды – так с чего была уверена, что книг тут быть не может?
Закончив небольшое встряхивание себя за шкирку, она аккуратно взяла ближайший фолиант, поразившись его тяжести, и уселась прямо на пол. Повеяло чем-то детским – маленькая служанка вместо того, чтобы вытирать пыль, перелистывает страницы, рассматривая картинки. Потом хозяйка увидит это и всплеснёт руками: «Читать не умеешь, а к книгам тянешься? Вот и будешь вместе с моей Ви учиться, вы как раз сверстницы». Госпожа Элиза всегда была для рано осиротевшей Джиллиан больше опекуншей, чем хозяйкой, сама заядлая читательница, она старалась поддержать любовь к чтению и образованию у всех домочадцев. Девушка зажмурилась, отгоняя воспоминания. Не место и не время! Госпожа Элиза сейчас, наверно, дома, у неё, как всегда, гостьи, беседа за рукоделием. Вивиана в каком-то из гарнизонов, может, уже знает об исчезновении подруги. А ты здесь и не будешь хлюпать носом.
Стоило открыть книгу и выяснилось, откуда тяжесть. Служившая корешком полоса металла была не для красоты – страницы тут не переплетены, а удерживаются массивным зажимом. В чём-то даже удобно, можно добавлять листы в хронику, можно, если переписчик ошибся, исправить и заменить конкретный лист, не рискуя всей книгой. Был и неприятный сюрприз – эта письменность была абсолютно не знакома. Вернее, не совсем, символы, схожие с алфавитом оргриммарских орков, попадались, но большая часть оставалась загадкой. «Вот тебе и ещё одна цель – выучиться читать на местном». Пока она пыталась по иллюстрациям разобраться, что за книгу держит, благо картинки орки явно ценили.
Судя по всему, ей попались не то хроники клана, не то приключенческий роман – по крайней мере регулярно повторялись изображения битв, схваток, клана на марше. Если иллюстрации были точны, то одна военная кампания шла против крылатых существ с очень любопытными клинками, напоминавшими кельдорейское оружие стражей. В другой битве клан Чёрной горы сражался плечом к плечу с какими-то другими орками, художник тщательно прорисовал строй одного клана и то, как волной накатывают на врагов другие. Выделялся то ли вождь, то ли лучший воин союзников – безумный оскал усмешки, орк буквально в прыжке старался достать противника. А тот, огромная тварь с точно каменной шкурой, казалось, не понимал, как эти мелкие существа способны его ранить. Язык пламени, сорвавшийся с руки шамана Чёрной горы, чуть ли не прожигал великана, но тот всё равно бился, невзирая на боль.
Картинка была настолько яркой, что Джиллиан почти читала за ней само сражение. Погрузившись в книгу, она даже не заметила, как открылась дверь. Только услышав голоса, девушка вскинула голову, точно выйдя из транса.
Видимо, заветная машина всё-таки выиграла – Чернорук выглядел очень довольным. Нурт воспринимал веселье своего господина с той же стоической вежливостью, как до этого вспышку ярости. Подойдя к пленнице, пеон бросил рядом с ней сумки. Её вещи! Джиллиан стоило огромного труда вежливо поблагодарить слугу, а потом встать и поставить книгу на место, а не вцепиться сразу в возвращённое. Она очень надеялась, что сейчас, расстёгивая застёжку, выглядит деловитой дамой, которой важно, что у неё осталось для новой жизни.
Вещи явно как следует перетряхнули, но потом даже более-менее аккуратно сложили. Той самой парализующей пыли в сумках не оказалось – может, поняли, что это такое, а может, она сама её забыла. На пустой флакон из-под приворотного зелья девушка взглянула с нежностью и пообещала себе оставить его талисманом. Не каждая вещь так эффектно спасает тебе жизнь. И да, вот она – дорога домой. Камень возвращения. И никакого шпионажа, выведывания тайн машин и изучения местного диалекта, всего, что она себе напридумывала. Скоро, совсем скоро в этом приключении будет поставлена точка.
Опасаясь, что лицо её выдаст, девушка поспешно вытащила расчёску и начала приводить волосы в порядок. Даже орки должны понять, что женщина хочет быть красивой и радуется возвращению всяких своих штучек. Убирая гребень обратно, она позволила себе провести пальцами по гладкому камню… Показалось ей или нет, что он непривычно горячий?
Джиллиан нервно облизнула губы, пытаясь понять, что произошло. Нет, вроде бы камень нормальный, но сама мысль о том, что орки могут его изменить… А почему бы и нет? Не считай их глупцами, ты видела достаточно, чтоб оценить умения этого клана. Если тебе отдали эту вещь, то, может, они прекрасно знают, что делают.
Сейчас ухмылка Чернорука, явно наблюдавшего за ней, казалась уже не весёлой, а понимающей и зловещей. Что ж, даже с этой картой можно сыграть.
Чувствуя себя такой же безумной, как орк на картинке, девушка достала камень возвращения и шагнула к вождю.
- Я бесконечно благодарна тебе за то, что ты вернул мне этот амулет. Его дала мне подруга, которая ближе родной сестры, я не хочу потерять её дар. А куда он теперь ведёт?
- Пошли покажу. Объяснять придётся долго. Твоя подруга – сильный шаман, если делает такое.

URL
2016-02-14 в 15:21 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Стараясь приноровиться к его шагу, Джиллиан продолжала начатую светскую беседу. «Я хотя бы не вляпалась в ловушку и продемонстрировала честность. Если смогу теперь не разреветься, всё совсем хорошо».
- У вас есть камни возвращения?
- Есть то, что сродни твоему амулету. Знамёна, которые связаны с колдовскими браслетами. Воин, надевая браслет, знает, что его могут в момент призвать на поле битвы. Так перебрасывают отряды туда, куда нужно. Если горены прокапываются сразу в нескольких местах, то дозорный, видя их, вызовет тех, кто несёт стражу.
Вождь говорил спокойно, не как о секретном знании. Хотя, пожалуй, эти их знамёна могли бы заинтересовать азеротских магов. Как минимум, маги бы сильно удивились, что орки владеют таким.
Коридоры жилой части горы, кажется, сменились ремесленными. Джиллиан с интересом разглядывала орков, занятых работой. То ли явление вождя так на них действовало, то ли этот клан и впрямь отличался от оргриммарских, но местные труженики, казалось, скорее соревновались друг с другом, а не отбывали повинность. Как молодые парни-мастеровые в Подгороде.
А ещё здесь становилось всё жарче. Куда бы отправил её камень, если б она рискнула? В какую-то местную тюрьму, охраняемую огненными элементалями? Но открывшееся её глазам было не тюрьмой, а сердцем горы.
Джиллиан смотрела на огромные залы, слушала удары громадных молотов и не верила, что это настоящее. Она читала про великие кузни Стальгорна, но это казалось не менее впечатляющим. А ещё поражало, что орки – живые орки! – так легко переносили эту жару. Девушка охнула, увидев, как орчанка подходит совсем близко к льющемуся металлу.
- Вот на этой площадке ты и окажешься, - прокомментировал Чернорук, наблюдая за тем, как меняется в лице Джиллиан. Кажется, девочка всё поняла. Если кто-то в момент перенесётся сюда из свежего воздуха долины, то даже могучий орк лишится сознания. Регулярно находились те вояки, которые при помощи знамён и браслетов испытывали это на собственной шкуре, и на своих ногах после такого не выходил никто. На входе в Литейную всегда дежурили что стража, что шаманы-лекари, так что совсем жестоким испытанием это не становилось. А для слабого существа хватило б и того, что её бы отправило сюда из более прохладных комнат. Но лучше пусть окажется тут и вырубится, чем стража поймает её на попытке сбежать… и ты проклянёшь себя и данное слово.
- Я никогда не видела подобного, - девушка осматривалась с каким-то нервным восхищением. Отсветы пламени придавали бледной коже совсем другой оттенок, и на миг Джиллиан показалась ему красавицей. Говорят, огонь проявляет то, что есть в нас. Духи, что вы хотите мне сказать?
Если в других местах на явление вождя реагировали хотя бы приветствиями, то здесь или ты приходишь сюда как мастер и тогда тебя слышат и слушаются, или стоишь в стороне и молча наблюдаешь, и никому до тебя дела нет. Такова традиция. Сейчас Чернорук был очень благодарен обычаю – осознание мощи клана, той вечной работы, которая кипела в Литейной, отгоняло потери и смятение последних дней. Как бы всё не складывалось, но ты знаешь, что ты делаешь.
- О, рада видеть! Соревнование было великолепным – и Кулак Оргрима уступил Клинку огня лишь на волос, - Каграз Пламенная улыбалась, точно девчонка, только что взявшая в руки свой первый меч. Победа и впрямь досталась её ученикам непросто… но они того стоили.
- Много в их машине было твоих советов?
- Только в выборе имени!, - ещё веселее ухмыльнулась орчанка, - Ты же знаешь, вождь, если что-то делаю я, оно и впрямь будет пылать. Да, спасибо за задачку с камнем, это было интересно. Ладно, мне идти. Мои сказали, что Горнило скучает.
- Что у них там?
- Да всё в порядке, просто со мной им легче. А у меня певческое настроение.
Глядя вслед женщине, Чернорук размышлял, что никогда не поймёт одного – рисуется ли Каграз, или она действительно так живёт, делая лишь то, что нравится, вся в своём мастерстве кузнеца, в своей особой манере работы с духами. Никто другой не мог в одиночку удерживать Горнило, великую полуразумную мощь. А она это делала и вроде не считала свершением. В тот день, когда отшельница-шаманка Пылающего клинка принесла присягу Железной орде, а потом заявила, что будет рада перейти в клан Чёрной горы, вождь был очень горд.
- А что это за машины? И которую из них должны были переименовать?, - услышав голосок Джиллиан, Чернорук мысленно выругал себя. Девчонка, конечно, вроде как держится на ногах, но она здесь первый раз. Воины других кланов иногда и после нескольких минут «на пороге» выползали по стеночке, а то и по-волчьи.
- Стрелковые машины. Они должны были проехать определённое расстояние и поразить цели, Клинок огня оказался точнее. Третья, Железный клык, отстала ещё по скорости. Не знаю, виноват руль или руки того, кто управлял, - он внимательно следил за девушкой, готовясь, если что, подхватить. Но Джиллиан шла ровно, а в этих коридорах уже прохладнее, - Про имена… не здесь.
Девушка кивнула и продолжила расспрашивать о машинах. Орка царапнуло подозрение – всё-таки он почти ничего не знал о бледнокожей чужачке. Если она действительно шпионка? Впрочем, она не сбежит к своим, да и вряд ли что-то понимает в машинах. Судя по её словам, максимум технической мысли клана Отрёкшихся – это гигантские катапульты, которые могут отправить во врага зажигательную смесь. Что-то подобное Чёрная гора применяла против ботани ещё давно, но при всей мощи катапульты, она была слишком уязвима, и растения живо научились с ней справляться.
За разговором о технике было просто «забыть» про имена машин, вряд ли тихоня-пленница осмелилась бы напомнить ему про обещанный ответ, но Чернорук прекрасно помнил, что собирался сказать. Может, легче станет. Оргрим, Оргрим, лучший из моих воинов…
- Мастера часто называют машины в честь героев клана, - дверь покоев вождя захлопнулась с такой силой, чтобы точно дать понять любому любопытному пеону: «будешь подслушивать – прибью». Вести этот разговор на потеху слугам… Джиллиан, кем бы она ни была, всё же схвачена с оружием в руках, может, и поймёт, что такое воинская дружба. Сейчас девушка тихо села рядом с ним, по жёлтым кошачьим глазам не разберёшь, о чём думает. Ладно, я обещал, - Кулак Оргрима получил имя в честь моего ученика. Он был молод, но уже стал одним из лучших воинов клана – достойным своих отца и матери, а те были великими героями. Кровь от крови, как говорят танаанцы. Он сражался плечом к плечу со мной против огров, он был готов идти хоть в другой мир, хоть против Зверя-растения. Но в последней своей битве он бросил вызов мне.
Чернорук замолчал, заново переживая тот день. Гневное гудение корабельной палубы, дренеи и ещё какие-то твари… и Дуротан. Проклятый северянин! Оргриму пришлось выбирать между вождём и другом, и за своего друга он отдал жизнь.
- Знаешь, у него были все шансы победить. Ни копытные, ни вожак северных шавок и близко бы не сравнились с ним. Оргрим дрался всерьёз, как полагается, а ещё мы слишком хорошо знали манеру боя друг друга. Я достал молот, которым он сражался, из огня и ковал им оружие перед битвой с ограми. А теперь… я убил его. Учитель хорошо видит слабости ученика. Его оружием всегда был молот, и он не умел защищаться.
Тяжёлые фразы падали как капли крови. Джиллиан сидела молча, невольно чувствуя жалость. Сказать, что вождь победил судьбу, отвёл смерть от себя? Нет, не стоит. К чему пророчества и похвалы тому, кто оплакивает ученика, оплакивает без слёз?
- Оргрим бросил вызов своему ради чужака, и теперь его тело лежит на дне моря. Но я сверну шею любому, кто скажет, что он не был достойным воином, - сжавшиеся кулаки и эти слова должны были внушать ужас. Но девушка неожиданно поняла, что ей не страшно. Чернорук не угрожал и не бесновался, он просто не мог смириться с гибелью друга. Она коснулась руки орка, пытаясь хоть так разделить его скорбь.
В следующий миг Джиллиан, верно, сама бы отшатнулась, испугавшись своей смелости, но было поздно – вождь пристально смотрел на неё. Хотела отвлечь его от тоски – отвлекла, только что теперь будет?
- У тебя пальцы холодные, как снег. Дай руки, - когда орочья ладонь накрыла её кисти, девушка чуть вздрогнула. Живым обычно неприятно касаться нежити, но ему, похоже, всё нипочём. Хотя у него самого рука точно горячий камень, даже не верится, что эти пальцы что-то чувствуют.
И всё-таки его прикосновение не было грубым. Орк очень хорошо осознавал свою силу и вроде бы не хотел её напугать. Девушка сидела молча, не зная, что хуже – показать, что тебе его странная забота неприятна или что… слегка приятна. Живое тепло и какой-то намёк на нежность. «Я не хочу даже думать о таком, но быть его женщиной, наверно, не так ужасно».
- Ты всегда мёрзнешь?, - вопрос застал её врасплох, Джиллиан не сразу поняла, с чего Чернорук так решил.
- Мёрзну? Нет, здесь не холодно. У меня всегда холодные пальцы, это, ну, - а теперь надо быстро подобрать объяснение, которое не будет сводиться к «я вообще-то нежить, но ты не хочешь в это верить».
- Знак духов, как и твои глаза?
- Да. В моём клане это у всех.
- Клан, в котором духи отмечают каждого, - медленно протянул Чернорук, пристально рассматривая девушку. А ты не так проста, как кажешься, Джиллиан, и я был дураком, когда сравнил тебя с бледнокожими жителями пещер. Если бы у тебя и была родня на Дреноре, то ты больше похожа на кого-то из Призрачной Луны – с их загадочностью и тайнами звёзд. Но в недрах горы звёзды бессильны, здесь есть воля камня и пламени. И ты останешься со мной.

URL
2016-02-14 в 15:22 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
«Если бы я писала книгу о своём приключении, то про тот разговор стоило бы сказать так: тогда я впервые поняла, что передо мной не грозная и величественная легенда, а живой орк, который может горевать о близких, может о ком-то заботиться. В тот день я перестала его бояться». Джиллиан невольно улыбнулась, продумывая, как бы это замечательно звучало в высоком стиле. Хотя на самом деле ей понадобилась ещё пара дней, прежде чем до неё дошло – даже приворотные духи не способны сделать её привлекательной в глазах орка. Тем более вождя, который наверняка легко бы мог найти подругу среди красавиц своего клана – тех эффектных дам, которые спокойно работают в кузне и могут убить врага ударом кулака.
Осознавать себя домашним зверьком, а не прекрасной пленницей было забавно. «Интересно, когда я вернусь в Подгород и напишу свои мемуары, сколько читательниц решит, что я просто скромничаю и не рассказываю про… очень многое?». Ну да, в то, что женщина ночует в одной комнате с мужчиной, она в полной его власти, и тем не менее всё очень целомудренно, поверить трудно. А дурацкие шуточки позволяли легче воспринимать происходящее. Девушка уже смирилась с двусмысленностью своего положения, хихикая насчёт того, что «ну и внешность у меня, даже орк не позарится». Свыкнуться с тем, что ты спишь на шкуре разумного существа, было труднее. Впрочем, покойный саблерон, кем бы он ни был, не возмущался, а когда день наполнен впечатлениями, то уснёшь где угодно.
Поставленные цели понемногу выполнялись… или отпадали. Обучение здешней письменности шло очень уверенно – язык оргриммарских и местных орков отличался только алфавитом, так что девушке было достаточно понять, какой знак соответствует какому звуку. Молоденькая пеонка, ставшая «учительницей» Джиллиан, уже с радостью сказала вождю, что работа почти выполнена. Сама пленница тоже была счастлива, что больше не придётся общаться с этой здешней девицей – пеонка слишком боялась бледнокожей твари. Поначалу она надеялась, что когда орчанка успокоится, можно будет что-то разузнать о местной жизни, но та явно и не думала посплетничать.
Идею шпионажа в плане техники пришлось выкинуть – Джиллиан уже осознавала, что ей просто не хватит образования. Даже учитывая, что она знает гоблинский, а в здешнем техническом лексиконе хватало терминов из этого языка, понять, что и как орки делают, было сложно. Разве что девушка отметила, что местные машины выглядят грубее, но надёжнее. Не похоже, что они могут в любой момент взорваться.
Зато ей повезло увидеть множество любопытного. Может, и к лучшему, что она не техник – вряд ли Чернорук таскал бы её по здешним цехам, если б опасался, что девушка сможет что-то подсмотреть… или сломать. Но заметив, как удивляется его пленница, вождь, кажется, полностью перестал беспокоиться на этот счёт, и теперь Джиллиан регулярно сопровождала его, чувствуя себя чем-то вроде экзотического зверя. Говорят, так штормградские аристократы водили привезённых из Дарнасса пантер.
Один раз повезло увидеть местный конфликт – гоблин-инженер, на свою беду, обругал какого-то орка ленивой дубиной. Цех, по крайней мере те, кто были рядом, мгновенно обернулись, но не вмешивались. Девушка даже не сразу поняла, насколько всё серьёзно – орки порой перелаивались куда более едкими словечками. Но тут оскорблённый буквально прорычал: «Ты назвал меня пеоном. Ты за это ответишь». Гоблин схватился за какую-то коробочку на поясе, орк замахнулся… и замер, услышав приказ вождя: «Не трогай его. Мы обещали Гаррошу».
- Мы обещали их не убивать, - воин явно понимал, что расправиться с инженером не позволят, и спорил чисто ради того, чтобы не «сдаться без боя».
- Ты его убьёшь с одного удара, - ухмыльнулся Чернорук. Потом подошёл к гоблину и легко, точно куклу, поднял того за шиворот, - Инженер, ты оскорбил воина и пожелал ему стать пленником ботани. Извинись.
Зеленокожий даже не пытался вырваться. Коробочка болталась у него на поясе, а сам он, нервно вздрагивая, проговорил: - Я не хотел…, не знал. Просто работа стопорится, а это ведь важная штука, для поезда. Прошу прощения, великий вождь.
- Не передо мной извиняйся, - но на пол гоблина всё-таки вернули, причём, скорее, поставили, чем кинули. Обретя землю под ногами в прямом и переносном смысле, тот уже спокойнее и связнее извинился перед работником. Орк буркнул «Принято», ссора, хотя бы внешне, завершилась. Хотя интересно, как местные, уважающие силу, вообще воспринимают поучения от тех, кто их настолько меньше и слабее?
Задав этот вопрос вождю, она не рассчитывала на ответ, просто в какой-то момент понадобилось для поддержания разговора, но Чернорук, фыркнув, объяснил:
- Гоблины, конечно, слабаки, но они слишком много полезного знают. Машины, поезда – это всё их чертежи. Да и среди них бывают неплохие бойцы.
Джиллиан кивнула, мысленно удивляясь. Нет, не тому, что кто-то из гоблинов умудрился заслужить здесь уважение, а тому, каким было техническое мастерство клана до знакомства с гаррошевцами. Конечно, гоблины, пользуясь тем, что местные их языка не знали, пересмеивались насчёт варваров (девушка прикидывала, что стоило ей перевести несколько фраз на орочий, и насмешники могли пострадать куда больше, чем тот бедолага, ляпнувший про ленивую дубину), но слишком уж быстро Чёрная гора освоилась с новыми знаниями. Гаррош, а тем более его сторонники здесь не так давно, и тем не менее орки уверенно справлялись с той же железной дорогой без особой оглядки на гоблинов. Да и книги намекали, что клан не был дикарями до новых чертежей.
Занятная перекличка – клан Чёрной горы здесь и клан Чёрного железа у дварфов. То же умение создавать всякие сумасшедшие технические штуки, и дыхание древности и мощи за спиной. Джиллиан вспомнила выразительную цитату, «дварфы Чёрного железа отреклись от закона Света во имя живого и неравнодушного божества, капризного, грозного и пламенным сердцем любящего свой народ Рагнароса». Вряд ли орки сталкивались с такими философскими проблемами, хотя кто их знает, да и Горнило вроде бы не было настолько разумным, но что-то перекликалось. Впрочем, самым феерическим здесь бы не огненный элементаль.
Наверно, этот миг она не забудет, даже если проживёт тысячу лет. Очередная прогулка по здешним цехам, очередное техническое чудо – громадная статуя, размеренно бьющая кулаками по металлу. Чернорук, приказав девушке стоять у входа в зал, идёт внутрь, ближе к этому механизму… а она вдруг понимает: вот эта фигура – живое существо. Может, элементаль, может, ещё что-то. В местных книгах ей встречалось слово «магнарон», так тут называли каменных великанов, но сейчас абстрактный термин оброс плотью… и мощью.
Джиллиан сама не поняла, как оказалась рядом с вождём. Она хотела лучше рассмотреть покрытого странными узорами гиганта. Его голос отдавался во всём теле, девушка не представляла, как Чернорук может общаться с ним, спокойно глядя в глаза ожившему камню. Эти двое о чём-то спорили, кажется, о кораблях или о броне, орк говорил, магнарон или рокотал, или рисовал что-то на полу рунами. В какой-то момент спор прервался, и Джиллиан всем телом ощутила – сейчас гигант смотрит на неё. Единственный глаз великана моргнул, а потом перед ним снова засияли красные руны. Девушка успела заметить знак чужака и знак племени, но понять, что именно сказал магнарон, не получилось. Чернорук хрипло рассмеялся и ничего не ответил.
Уже после, когда они вышли из зала, орк спросил: - Ты что, и впрямь его не боишься?
Насколько Джиллиан знала орочью культуру, сейчас ей полагалось как можно выразительнее фыркнуть, дескать, я вообще такого слова «страх» не знаю, и нечего меня так оскорблять, но она не была уверена, что сумеет поймать ту грань, за которой допустимая наглость переходит уже в недопустимую. Поэтому сказала по-другому:
- Ты же стоял рядом с ним. Я видела, он легко мог тебя достать, если бы захотел. А если не боишься ты, значит, и мне можно не бояться, - и, не удержавшись, добавила, - Что он шутил насчёт меня? Я не успела прочесть знаки.
- Кромог не умеет шутить. Он по-другому думает, не так, как мы, - Чернорук пристально взглянул на неё, - Он сказал: если ты чужачка, то за смелость тебя стоит принять в клан. Для него ты не слишком отличаешься от орчанки. А ты действительно храбрая, девочка.
Орк притянул её к себе. Джиллиан уже почти привыкла к такому проявлению его чувств – больше похожему на то, как гладят кошку, чем на интерес мужчины к женщине, но тут её точно бесёнок подтолкнул. Девушка легко вывернулась из его объятий, вождь явно не ожидал, что она умеет двигаться так быстро… и замерла. Он может счесть её поступок дерзостью или кокетством, и даже не знаешь, что хуже.
Но Чернорук только ухмыльнулся:
- Думаешь, не поймаю? Хотя ты ловкая, Ящерка.
В общем, что-то магнарон угадал – орочье имя она в тот день получила. С точки зрения Джиллиан, прозвище оказалось очень метким, учитывая, как ящерицы любят греться на камнях, а нежить ведётся на живое тепло. Ну и ещё один штрих – я не пленница, я просто домашний питомец. Так оно лучше и спокойнее.

URL
2016-02-14 в 15:22 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
В первые дни после гибели Оргрима Черноруку был ненавистен сам вид кораблей. Правду говорили предки, что оркам не стоит доверять морю. Но если ты остался жив, раны затягиваются, и сейчас он смотрел на застывшую у причала громаду с прежней гордостью. Их флоту случалось нести серьёзные потери, но этот корабль раз за разом успешно возвращался в гавань, наведя страх на врагов. Рядом с новым транспортником он выглядел ветераном среди мальчишек.
На палубе его уже ждала живое воплощение флотской удачи, рыжие волосы адмирала были видны издалека. Впрочем, сама Гар’ан казалась недовольной, точно духи успеха её оставили.
- Что случилось? Корабль повреждён?, - Чернорук знал, как его флотоводец переживает такое. Хотя зачем ей тогда нужен «разговор в надёжном месте», как передал Нурт?
В том, что самым надёжным местом адмирал считает свою каюту, он не сомневался. Сейчас на корабле было тихо, команда по большей части сидела на берегу, а те, кто несут стражу, не шумят.
Гар’ан подождала с ответом на вопрос, пока они не зашли в каюту.
- Корабль готов хоть сейчас выйти в море. Беда в другом. В Танаане плохо, вождь.
Чернорук выругался. Чего-то такого он ожидал, Громмаш сделал большую глупость, когда по совету своего пророка и приятеля решил отстроить в джунглях великую крепость. «Не меньшую, чем та Цитадель, которую Гаррош видел в другом мире». Нет, Танаан и его нефть, конечно, важны, и клан Чёрной горы старательно возводил там кузни, но эта крепость, по сути, стала большим подарком для Кровавой Глазницы и её вождя-шамана. Если кочевнику так захотелось построить цитадель, он мог бы захватить огрский город и переделать его на свой лад или, раз уж Громмаш для чего-то помиловал огров, создать общую крепость с Каргатом, там, откуда Изувеченная длань грозит араккоа. Бывший гладиатор спокойно бы поделился властью, не то, что Килрогг. Да, они все признали Адского Крика боевым вождём, но Чернорук не сомневался – особого почтения к Громмашу шаман джунглей не испытывает. Впрочем, как и вождь Чёрной Горы.
- Расскажи яснее, - спрашивая, он уже догадывался, что Гар’ан не столько знает, сколько чует. Но мало ли…
Адмирал оскалилась: - Ясности не жди. Это всё очень туманно. В порту ничего особенного, работают, следят, чтобы не сунулись дренеи и их дружки-пришельцы, как полагается. А вот дальше… Говорят, что у Килрогга завёлся свой пророк вроде Гарроша, или он сам теперь стал провидцем. Что будет какой-то ритуал, который сделает из обычного орка силача и героя, не хуже величайших бойцов Пылающего Клинка. Я видела тех, кто трындит об этом – в гавань припёрлась парочка. Парень как раз из Пылающего, звать Джубей’тосом. Он предложил охране порта потренироваться, крепко надавал по клыкам большинству, только Мор’грак с ним хоть как-то на равных пободался, и то… не повезло, а потом этот вояка намекает, мол, духи помогут такому воинскому мастерству выучиться.
- А это тут причём? Он – шаман, что ли?
- Нет, он дрался как очень хороший воин. А вот дальше проявилась шаманка, - Гар’ан потёрла лоб, припоминая имя женщины, - Диа Шепчущая, вроде так. Пока Джубей’тос мастерство показывал, она стояла в сторонке, а потом начала рассказывать, как да что. Мол, его благословили духи, она-то видит, и что получить такое благословение может любой, у кого храбрости хватит. И так далее. Я подошла, тут они быстренько свернулись, дескать, не хотели мешать. Только до этого Диа успела наговорить, что вот хорошо бы, чтоб у Железной Орды боевым вождём был шаман, он и командовать умеет, и с духами договорится. Громмаш же только верхом ездит хорошо да топором машет, и слушается не пойми кого…
Орчанка замялась, и Чернорук спокойно продолжил:
- А я, считай, украл благословение духов, потому как не шаман по рождению и обучению, - что-то такое говорил ему Килрогг, когда увидел закованную в камень правую руку. Кажется, тогда повелителя джунглей слегка испугало, что духи отметили «недостойного», - Эта Диа из Кровавой глазницы?
- Из Призрачной Луны. Без татуировок, но эту бледность не спутаешь. Ну да они одной породы, что те, что другие шаманов чтут превыше всего. А сказала она даже не так, хуже: что ты сам получил от духов дар, но никогда не дашь другим сравняться с тобой. Не впрямую, конечно, как в их клане принято, наплела словесных кружев.
Если бы шаманка осмелилась так оскорбить её вождя открыто, адмирал бы вызвала её, не задумываясь. Но Диа была умна и осторожна, и всё, что оставалось Гар’ан – сжимать кулаки в бессильной ярости. Ничего, может, ещё свидимся на тропке, и эта бледная тварь узнает, когда звёзды среди дня светят. Всю юность адмирал провела в кузне, помощницей отца, и удар у неё до сих пор был тяжёлым.
«Без татуировок»… Чернорук зацепился за этот момент, и рассказ об оскорблении его не задел. Тут нечто более важное – зачем бы шаманке убирать знаки принадлежности к племени? Железная Орда отчасти стирала различия между кланами, воины разных племен служили вместе, порой изгнанники одних кланов присягали вождям других, как сделала Каграз, но Пламенная не скрывала, где она родилась. Танаанцы не враждовали с Призрачной Луной, так что вряд ли бы Килрогг потребовал от шаманки такого доказательства верности.
- Вот что, тебе надо будет вернуться в Танаан. Пойдёте в прикрытие транспорта с пушками, - Гар’ан взглянула на него, точно ожидая, что следующим приказом будет найти эту Диа и принести вождю её череп. Ну хотя бы адмирала не оскорбило, что лучший корабль Железной Орды назначают пастухом транспорта, - Доведёте, чуть передохнёте и вернётесь. А теперь самое важное – ты, как говорят твои, своих моряков там дальше гавани не отпускаешь.
- Мне такие вот сплетни на борту не нужны, - вскинулась рыжая.
- А тут отпустишь. Чтобы знать джунгли, надо родиться в джунглях, помнишь танаанскую поговорку. Ты Марак доверяешь?
- Как себе.
- Вот и хорошо. Дай ей пару дней, мол, повидаться с родными краями. Намекни, чтоб была осторожна. Она увидит и узнает там больше, чем сможем ты или я.
Гар’ан кивнула, потом добавила: - Тогда двоих отпускать. Сорка от неё не отлипнет, они ж подруги ближе сестёр.
- Значит, отпустишь вдвоём, - бывшая гладиаторша, конечно, может встрять в драку на пустом месте, но хороший боец лишним не бывает. Мало ли, как там встретят Марак. Если Килрогг ни слова не сказал против того, что его родственница и вроде как наследница служит во флоте Железной Орды, толком не видясь с дядюшкой, то, похоже, воспитывать из неё свою преемницу он не собирается. И воспринять её недолгое возвращение могут по-разному. Но именно из-за этого Чернорук был уверен – если и впрямь шаман джунглей мутит воду, девушка не будет это скрывать, защищая родную кровь. Ну а если что-то подметит Сорка, то она всё расскажет, даже не задумываясь над скрытым смыслом.
Шаманы… Чернорук не обольщался насчёт себя – став избранником духов, он отнюдь не получил нужные знания. Даже такой молодняк, как Дуротан или та же Марак, умели читать знаки иного мира лучше него, что уж говорить про Килрогга, матёрого шамана, кровь от крови своих предков или о мудрецах Призрачной Луны. Да, вождь Чёрной Горы был уверен, что зачастую обычный опыт с лихвой заменяет видения и предсказания, но если б всё всегда оказывалось так просто, он бы не вспоминал раз за разом слова магнарона. Кромог, конечно, не совсем дух, и можно считать, что гигант просто ошибся, свести всё в шутку… но Ящерка стояла рядом с ним без тени страха. И разве эта девочка не показала своим поступком и словами, что доверяет тебе, что «погибнешь ты – погибну я»? Неужели её появление – это действительно некий знак, о котором, может, и она сама не догадывается?
Гудение палубы под сапогами стражников отогнало навязчивые мысли. Что толку ломать голову над тем, в чём не разбираешься? У него хватает той работы, которую он знает… и он готов встретить вызовы духов, какими бы они не были. Хоть танаанскими интригами, хоть загадкой неожиданного подарка.

URL
2016-02-14 в 15:23 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Альянс, гарнизон кельдорейской жрицы Вейрены. Некоторое время назад
- Доброе утро, Молот Рока.
Вокруг было темно. Голос был мелодичным, не похожим на орочьи, но звучал с неведомой силой.
- Темновато для утра, - рыкнул орк, пытаясь оглядеться или хотя бы принюхаться. А заодно понять, может ли он встать.
Встать получилось, но накатила жуткая слабость. Во рту не хватало клыка, да и такое простое движение не далось легко.
- Я не рискнула вносить сюда свет. Любой. Молот Чернорука в сочетании с светом подпортили тебе глаза, они могут не выдержать. Слепой ты не будешь нужен самому себе.
Какой-то свет появился - бледное свечение светлячков. Орк вспомнил - таких привозили из Долины призрачной луны.
Оргрим немедленно опустил глаза, испугавшись, что даже этот слабый свет может лишить его зрения. Сейчас он полагался только на слух и на нюх.
- Кто ты, шаманка?, - спросил он, умеряя силу голоса. На знающих пути духов, а заодно и лечение, не стоит орать.
- Мать назвала меня Вирной. Это было давно. Этот свет никому не опасен - но он позволит тебе понять, что ты способен видеть.- В тусклом сиянии светлячков собеседница была лишь силуэтом, ещё пара светлячков висела между орком и неведомым собеседником. - Ты не у друзей, но и врагами я с тобой быть не желаю. Я отвечу на твои вопросы, но не буду играть тобой.
- Ты не орчанка, да? Ты спасла меня, и я не враг тебе. Но зачем ты меня спасла?, - Оргрим осознавал, что в долгу у этого странного существа, похоже, что дренейки, но не представлял, зачем копытной целительнице он нужен.
- Потому что Железная орда обречена. Ваша сила огромна, но кланы не сплочены. Вы сражаетесь по отдельности - но вы не привыкли так сражаться. Против вас - огромная сила, а вы кидаетесь на дренеев, ради чего - ради крови? Нет славы в резне, в демонах, в вырваных глазах и отрубленных руках .
«Шаманка» говорила спокойным голосом. Просто описывала. Ни жара веры дренеев, ни ярости орков. Она как будто была мертва, таким спокойствием веяло от неё.
- Ты дух?, - Оргрим только огромным напряжением воли остался на месте, не отшатнулся. Он не боялся смерти, но быть навеки заточённым среди мёртвых дренеев? Не увидеть своих предков? Орк прикусил губу, пытаясь осознать, в каком он мире.
-Нет, Молот Рока. Я просто многое видела. Мой клан мёртв, я прошла через смерть, я живу в совсем не том мире, чем в котором родилась.
В голосе прозвучал намёк на насмешку. Кто бы не была неизвестная шаманка - она умела смеяться и давить пафосом.
- Клан? Из какого ты племени, Вирна? И зачем я тебе понадобился?, - кто бы она не была, вряд ли она вытаскивала его просто так.
-До’Урден, орк. Я из тёмных эльфов. И ты первый, кто узнал это под этим солнцем - пусть тебе это ничего не сказало. - такой же спокойный голос с лёгкой успешкой. Но перед глазами орка уже не так плавало, и силуэт приобрёл очертания. Высокой, великолепно развитой женщины с тонкими чертами лица, невероятно длинными ушами и мягко светящимися – тем же сиянием, что и порхающие вокруг светляки – глазами.
- Хорошо, Вирна До'Урден. Кто бы ты ни была, я в долгу перед тобой. Но скажи, что тебе нужно от меня?, - Оргрим стоял твёрдо, насколько уж получалось. Это существо, не дренейка и не орчанка, вызывало у него странное ощущение - не страх, но тревогу.
- Ты. Ты ведь армия из одного орка, с великолепными мозгами и чувством чести, которое не позволяет тебе стать зверем. Это немало для вас. И ты ключ к своему клану, - в голосе проскользнули какие-то эмоции, видно, не железная же она. - Потому что орда проигрывает. И я хочу сделать так, чтоб она не захватила с собой всех тех, кто за ней пошёл. Тебе обрисовать ситуацию, как я её вижу?
- Да, - кивнул Оргрим. Ключ к клану, значит... Ну нет, в долгу перед ней он, а не его клан. Сколько бы громких слов она не наговорила, он не собирался полностью ей доверять, - я буду твоим воином, если ты этого пожелаешь, но я хочу понимать, чего ты хочешь от меня.
- Вы сражаетесь. Доблестно. Но атака на Карабор - трупы. На Шатрах - там сейчас прорыв демонов, Гулдан и Теронкров таскают из огня ваши души, чтоб напоить своих хозяев. Чудовищных хозяев. А где были ваши союзники? Нерзул не помог. Из Танаана вести лишь о демонах. Чернорук оттолкнул Дуротана и кинул его брата месить грязь. Это ли Орда, орк?
Она говорила тяжёлые слова. Ох, как хорошо Вирна понимала и умение таскать жар чужими руками, и глумление, и заносчивость. Она была жрицей Ллос. Она понимала все проблемы этой «орды», всё то, что не понимали сами орки или Кадгар, для которого Орда была единой.
- Грррр!, - низкий рык сорвался с губ. Оргрим был слаб сейчас, а в слабости орк, если он настоящий орк, обращается к ярости, черпая в ней силу. Он понимал, что Вирна права, но не мог позволить ей чернить его братьев, - Ты зовёшь сразиться с демонами? Или хочешь кинуть мой клан против других кланов?
-Нет, орк. Надо будет сражаться с демонами, но..., - Вирна даже чуть дёрнулась. Если этот полуубитый рванётся сейчас - даже она его может убить. А убивать нельзя, ни в коем случае - если во всей орде есть мозги, до которых не достучалась наша родная Орда - то это как раз вот тут, -Смотри. Вы сражаетесь не только с горсткой дренеев. Против вас - ресурсы целого мира, который посылает против вас лучших. Вы хотели завоевать наш мир, Оргрим. Мы не едины там, даже здесь наши племена грызутся между собой - но ваши племена грызутся хуже. И вы проиграете. И в отчаянье будете хвататься за всё, чтоб выжить. Даже стать рабами демонов. Я не хочу вам такой судьбы - а нам таких слуг у врага.
Женщина выглядела спокойной, хотя голос её стал... живее. А уши прижались как у молодого волка. Потом она вновь подняла их, но Оргрим понял - она чего-то боится. Его? Даже израненный, он оставался воином, но неужели это странное существо думает, что он поднимет руку на свою спасительницу? Или той картины, которую сама же нарисовала - лучших из орков в лапах у демонов, рабами или верными слугами. И как спросить о таком, не оскорбив. Любая орчанка за намёк на то, что она боится, не задумываясь, ударила бы его, и правильно сделала.
- Я не хочу увидеть свой народ в рабстве, - медленно произнёс он, - Но ты, кто предсказывает нам поражение, знаешь, где лежит путь, что приведёт к победе?
: -Нет. Вы натворили слишком много ошибок. Вы не убили Гулдана - и демоны есть в этом мире. Вы полезли к нам, не закончив с дренеями - они живы, и наши союзники. Вы оттолкнули Дуротана, потому что хотели потворствовать инстинктам - и перестали быть Ордой. «Кровь и Честь» как-то сказал ты. Честь ушла, когда началось кровавое безумие.
Вирна вообще не контролировала уши. Просто не зная, насколько по ним можно читать её эмоции. Сейчас по ним читалось возбуждение, и это на самом деле было так - слишком большой удачей было найти Оргрима после взрыва корабля, вылечить самой и чтоб он - задумался.
- Тогда чего ты хочешь от меня? Если мы обречены, то ты зря тратила силы, выхаживая воина из проигравшего клана, - на самом деле Оргрим прекрасно чуял, что речь не только о его жизни. Эта странная шаманка, Вирна До'Урден, ведёт себя как та, кто ищет союзников. Она пытается говорить с ним на его языке, хотя слова Грома Адского Крика в её устах звучали чуждо.
-Железная орда не обречена. Твой клан не обречён. Обречены те, кто не будет думать, - да, это был действительно Молот Рока, личность, вдохновившая Тралла на Орду. Он умеет думать и спрашивать, мысленно возликовала Вирна. Работа шла, - Командуй я Ордой сейчас, я бы отошла и договорилась бы хоть с Дуротаном, он до сих пор пытался говорить с вами. Но Чернорук уверен в своей силе, не сознавая, насколько мир велик, а духи им недовольны. Каргат и Гром просто будут драться, но они воины, а не вожди. Они всегда полагались на шаманов по части шевеления мозгами. Так?
- Да, так, - кивнул Оргрим, радуясь, что разговор выходит туда, куда нужно. Стоять было всё труднее, но сесть - показать слабость. А со слабаками не ведут переговоров.
Он возвышался над жрицей, как скала. А та прикидывала, как лечить его без Света. Если он рухнет, будут проблемы. Вирна осознанно сидела, иначе орк бы непроизвольно считал её выше и сильнее, а от его чувства слабости лучше бы не стало совершенно.
-Железная орда будет драться. Потом падут вожди и лучшие бойцы в безнадёжных атаках. Лучшие всегда погибают, они не будут прятаться за спинами. Окровавленная глазница уже связалась с демонами, я не знаю, что творится в Танаане. Но я знаю, что Песня отступит, когда рухнет Гром. И в Награнде их не найдут. Каргатовцы падут все до последнего - но они не племя, у них нет детворы, стариков, только слава. А куда отступит Чёрная Гора?
- Мы не отступим. Наша защита - это наше мастерство. Либо щит, скованный нами из наших клинков, устоит, либо нет, - это прозвучало спокойно, сил на громкие речи не хватало, да и незачем, - но скажи, что тебе до клана, который кажется тебе обречённым?
-Мне нужно, чтоб вас в отчаяньи не получили демоны. Чтоб клан орков-творцов жил. Я хочу получить тех, для кого честь не пустой звук, и которые ещё не потеряли себя в угаре крови. - голос был спокоен. Уши - нет. И глаза - они жили на холодном спокойном лице. Свет тихо-тихо усиливался.

URL
2016-02-14 в 15:23 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
- Я не вождь, чтобы говорить за клан, - Оргрим смотрел на сидящую женщину, спасительницу, возможно, не только его, но и его братьев и сестёр, - я понимаю тебя, ты хочешь говорить с кланом через меня, так?
Она вздохнула, собираясь с силами. Она вступала на очень тонкий камень, под которым бежал очень быстрый ручеёк орочьей гордости.
- Клан получит шанс уйти. Не в лапы Гулдану. Не в рабство, но в союз, где ваши умения будут ценить. Да, вы потеряете родину. Да, вам придётся отказаться от обязательства для сына ковать как отец, потому что кузнец должен быть лучшим. Да, многие откажутся и пойдут воевать до конца. Но ты и я, мы не допустим чтоб орчонка везли в Танаан, чтоб накормить демона, потому что демон воюет сейчас, а мальчишка нет. И не допустим, чтоб мать, родившая его, сразу бралась за дубину.
Кое-что Вирна знала, когда это говорила. Браться за дубину для клана Чёрной горы было символом, когда встаёт всё, даже те, у кого не было ни молота, ни оружия. Дети, которым рано быть бойцами, пеоны, старики, уже передавшие всё и ожидавшие смерти. Сражаться как Весёлые Черепа, потому что по-другому никак.
По комнате снова прокатился рык - Оргрим не мог смириться с таким будущим. Лучше умереть, чем лишиться родного края.
- Слушай меня, Вирна До'Урден. Я буду говорить со своими, но никто из нас не смирится с потерей родины. Если ты укажешь, куда можно отступить, может, наши согласятся отойти, чтобы потом вновь ударить. Но уйти совсем - нет и никогда!
-Что в нём вам? Выработанные шахты и дикие гронны? Я не смогу остановить войска ваших врагов, Оргрим. Дуротан попытается, но, боюсь, будет уже поздно. - Она видела, что гигант шатается. Но поддержать она его почти не могла, Свет был бы слишком опасен сейчас, - Или мы спасаем тех, кого можем, или стоим и смотрим, как обломки горы убивают тех, кто доверился вождю. Понимаешь? А сейчас - ляг, пока мои лекарские таланты не отказали, потому что они невелики, а твои раны обширны. А потом я тебе расскажу об Оргриме Молоте Рока, чей молот как оружие предка носит зелёный орк-шаман рядом с Дуротаном.

Через пару дней Оргрим впервые вышел на свет. Слабость его, конечно, потрясала, но он уже мог подняться и ходить, одев доспехи. Сколько в этом было магии здешней госпожи, а сколько его живучести, он предпочитал не думать.
А эта высокая девушка была здешним вождём, перед которым не дёргались - но её слушались даже дренеи выше на две головы. И ей, судя по всему, было всё равно, к кому она обращается - к мёртвому дварфу, дренейскому призраку или Моркету, оружейнику из клана, переругавшемуся со своими уже давно. Она мягко, но настойчиво убеждала, и за всё время наблюдения не повысила голос ни разу. Но они, великаны или наоборот, дикие тонкие рангари, слушали её как командира с огромным авторитетом.
- Вот как это выглядит, Оргрим. Обычный гарнизон Альянса. Как и любой командир, я подбирала подчинённых по своему вкусу, и мне легче всего работать с дренеями. Как и вообще с теми, кто понимает технологию команды, а не бешеный рывок и устилание телами рвов.
Оргрим вежливо приветствовал тех, кого видел, впрочем, это была вежливость воина, а не пленника. А ещё он присматривался к тем, кого выбрала своими шаманка Вирна. Да, похоже, они и впрямь были спокойными, такими, как она сама. Выделялись на первый взгляд двое - дух дренея, который сверлил Оргрима глазами, точно был готов сразиться с ним, и синеглазый рыжий коротышка. Тот вёл себя почти как орк, шума от него было больше, чем от половины гарнизона, особенно учитывая тихушниц рангари.
- Впечатляет. Ты хочешь сказать, что они, настолько разные, сумеют действовать вместе?
На явную неприязнь духа он постарался не обращать внимания.
-Да. естественно. Обязанность командира - подбирать отряды друг под друга, Ахм и Моркет друг другу не поверят, а ставить вместе рангари и гнома-взрывника бесполезно, тишины не будет. Как и ставить стену щитов из гномов против гронна, у каждого есть своё применение. Впрочем, никто с ним не родился, верно, Кроман?
Поименованный улыбнулся, фехтуя с паладином в сверкающих латах. У самого воителя, кроме тяжёлого меча, защиты не было, но от его воинственного вопля дёргали ушами элекки. Впрочем, «Лирой», как вопил его оппонент, тоже не был тих.
«Грома на вас нет», - подумал Оргрим. Он был уверен, что вождь клана Песни Войны сумел бы победить обоих этих вояк. И переорать тоже.
Пока же он наблюдал и запоминал. Что гном - это мелкое проворное существо, ростом не достающее ему до пояса. Что рыжий коротышка явно следит за ним, точно опасается, что орк может напасть на госпожу Вирну.
- Я б хотел потренироваться с ними, - Оргрим кивнул на фехтующих воинов, - А у вас всегда столько разного народа вместе?
Орки из разных кланов могли союзничать, но он с трудом представлял, что будет действовать вместе с араккоа. А местные, похоже, сильно отличались друг от друга.
- Не выдержишь - тихо сказала Вирна на орочьем, - твои кости все в трещинах, тебе ещё рано. Две недели без войн. Своему я бы сказала - две недели лежать, но тебя я тоже терять не хочу.
Она вздохнула и продолжила уже на понятном всем здесь языке, дренейском. Оргрим почувствовал, что и он для неё не родной и невольно задумался, на что больше был похож говор её клана.
-В ограниченном по числу гарнизоне стоит иметь специалистов, которые могут быть оппонентами любого ограниченного вторжения. Араккоа, орков, одинокого гронна, огров, стручлингов.... не важно. А полномасштабной атаки всё равно не выдержать,и стены не высоки,и когда враг превосходит вас в числе в 20 раз, отступление это необходимость. Даже будь здесь только рангари, Каргат выставит на каждого нашего 20 своих, например.
- Это лагерь, а не крепость, да?, - кивнул Оргрим, - А кто тот невысокий рыжий воин, который следует за нами? Он - твой помощник?
- Это форт. Для крепости нет размера, для лагеря много укреплений и постоянства. А помощника у меня нет, увы. Только телохранитель. У нас случалось в том мире, что командиров убивали из-за угла, да и здесь Гулдан будет воевать и так тоже. Вот мои тени и стараются. Сего достойного воина зовут Делвар, он рыцарь смерти из клана Стальгорна.
- Рыцарь смерти, - медленно произнёс орк непонятный титул, - Это значит, что он особо доблестный воин или что он умеет как-то по-особому убивать? Или он говорит с духами?
Он не стал уточнять, что значит по-особому - например, колдовством или ядом. Те или иные приёмы охоты или боя в одном клане считались нормальными, а в другом - позором. Оскорблять телохранителя Вирны он не хотел.
-Так называют доблестных воинов, павших в битвах за или против короля Нордскола. Он поднимал их после смерти, как не живых, но и не мёртвых, чтоб они были его слугами. Многие освободились от его воли, некоторые сломались, некоторые, как доблестный Делвар из Стальгорна, сражались за него изначально, - она улыбнулась дварфу, и тот гордо выпятил грудь. Дварфы вообще падки на женскую лесть, а уж этот вояка...
Вот тут Оргриму пришлось задуматься. Не живые и не мёртвые - это как? Есть живые, есть духи. На духа этот доблестный Делвар похож не был, разве что духом пива от него здорово несло. Поразмыслив, орк решил принять это как сказали. Были убитые воины. Их подняли и они смогли сражаться дальше. Он внимательно вгляделся в дварфа, когда поприветствовал его. Вроде живой как живой, только глаза странные.
Подойдя к фонтану, Оргрим точно невольно опустил взгляд, рассматривая себя в воде. При этом он продолжал говорить:
- Много разных племён, и тем не менее вы не ссоритесь друг с другом, а можете сражаться против общего врага. Это ты хотела мне показать?
- Нет. То, что ты видишь, то и видишь. Я поднимаю тебя на ноги, Молот Рока. Просто отпустить ходить самому - не могу, мало ли, сцепишься с Ахмом, а тот хоть и призрак, но орки убили его, вырезали семью, разорили кузницу... а ты не мой подчинённый. А так- я и поддержу магией, если нужно. - про дренея было сказано спокойно, как будто так правильно, просто случилось, бывает. То ли она держала и уши, то ли её вообще это не трогало.
Отражение смотрело на молодого орка обычными тёмными глазами, ни следа той загадочной сияющей синевы. Каким бы странным местом не был этот гарнизон, какими бы силами не владели его шаманы, Оргрим остался собой. А значит… «Я в долгу перед Вирной. Но я отдам долг и вернусь в свой клан». Он не знал, как его там встретят, но если всё и впрямь так плохо, как рассказывает шаманка, то будет нужен каждый воин. Может, где-то там лежит целый мир, тот, который так хотел завоевать Громмаш и куда, если что, отступят здешние, может, в словах Вирны нет ни капли яда, но клан Чёрной горы будет сражаться в родных краях и победит или погибнет. Один раз Чернорук привёл их к победе там, где поражение казалось неминуемым. И Оргрим верил всем сердцем – его вождь и учитель справится и с демонами.

URL
2016-02-14 в 15:25 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Танаан, джунгли
- Мы идём навестить твою родню?, - Сорка потянулась, с наслаждением вдохнула запах джунглей – острый, пряный, как сок здешних фруктов. Стоило отойти на несколько шагов от гавани, как местные ароматы обрушились волной, стёрли запахи масел и металла, грузов и орков. Разве что ко всему примешивалась вездесущая нефть, но даже ей не удавалось в полной мере перебить остальные джунгли. Интересно, чем пахнет в деревне Кровавой Глазницы?
- Ни хвоста, - в голосе шаманки не было ни капли радости от встречи с родными краями, - Мне не о чем говорить с вождём Килроггом. Гар’ан послала нас на охоту.
Сорка ухмыльнулась и крепче перехватила свой клинок. Ей, встретившей свободу совсем юной, повезло сохранить обе руки – один из старших бойцов сбил цепи с молодой орчанки прежде, чем она решилась отсечь левую кисть, как это сделал Каргат Освободитель. Впрочем, второе её оружие было таким же, как у братьев и сестёр, только оно не крепилось к культе, а девушка просовывала руку внутрь тяжёлой железной конструкции и держала её, как щит. Порой она стыдилась того, что отличается от клана, но лишиться руки означало бы кинуть в грязь подарок. Так что оставалось доказывать принадлежность к Изувеченной Длани шрамами и отвагой.
- А спорим, я знаю, на кого мы охотимся! Точно не на вот ту ящерицу, - Сорка ткнула в сторону свернувшегося на камне яркого существа, - и даже не на болотных змей, хотя их мясо дико вкусное, а шкуру хорошо бы подарить Гар’ан, раз уж она не может всласть пошляться здесь с нами.
Марак взглянула на развеселившуюся подругу. Шаманка лучше бы лишилась второго глаза, чем пошла с Соркой на великое болото. Мало того, что та не умеет ходить по трясине, так с неё станется кинуть вызов местному духу. Щёлкнув пальцами, девушка отправила в морду другой ящерице, совсем близко подобравшейся к ним, каплю «ядовитой крови», заклинание их клана. Гладиаторша, только теперь заметившая хищника, было взмахнула клинком, но тварь уже удрала.
- Хорошо, и кто же наша добыча?, - подругу Марак знала давно – пока не выскажется, не уймётся.
- Те две твари, которые что-то там каркали про вождя Чернорука. Я поставлю на место вояку Джубей’тоса – это у Чёрной горы хороших фехтовальщиков нет, а наш клан с него быстро бы сбил спесь, а ты причешешь его подружку-шаманку.
План был хорош – при всей своей самоуверенности Сорка действительно замечательный боец. А Марак дорого бы дала, чтобы встать лицом к лицу с той лживой тварью, смывшей татуировки, здесь, на родной земле, где кровь сильнее луны. Но молодая шаманка только покачала головой. Дело не в этих двоих, не в оскорблениях и россказнях. Шёпот джунглей вливался в уши, духи вились вокруг, глядя на вернувшуюся дочь клана, и Марак понимала – предки разъярены и… испуганы. Килрогг принёс яд в земли своего племени, и если живые ещё этого не понимают, то мёртвые чувствуют отраву и боятся её силы.
- Прикрой меня, - Сорка мгновенно крутнулась, встав справа, со стороны отданного глаза, а шаманка, сорвав повязку, негромко запела старую песнь призыва. С этого мига по законам клана она становилась преступницей, и единственный шанс избежать казни или изгнания – победить Килрогга. Девушка присвоила себе права вождя, обратившись к духам племени с требованием ответа. В глубине души она боялась собственной наглости, но ещё хуже было то, что никто из слетевшихся на её зов не возмущался дерзостью девчонки. Что же ты натворил, если они готовы признать меня?
История за историей – о зелёном огне, отравляющем и выжигающем кровь, о том, что чужой шаман шепчет советы Килроггу, что повелитель джунглей готов сменить духов предков на каких-то странных существ. «Он не слышит нас, он связался с этим дренейским отродьем. Неужели моя трусость запятнала и моего сына?», - простонал седой орк, дед Марак. Замершая рядом с ним орчанка яростно оскалилась, оскорблённая тем, что брат отправил её дочь в чужой клан, а не учит сам.
Поражённая Сорка наблюдала, как из мёртвой глазницы её подруги катятся кровавые слёзы. Марак не выглядела раненой, наоборот, она точно обретала некую новую силу. Засмотревшись на это, гладиаторша даже не сразу прореагировала на приближающийся лай, но стоило первой зелёной твари прыгнуть к ним, как Сорка встретила её клинком, разрубив пополам. Целая свора недоволков, гнилостно светящихся и шипастых, не смутившись гибели самого храброго, мчалась к орчанкам. С низким рыком воительница отшвыривала их, защищая подругу. Шкуры всех пятерых тварей уже были исчерчены ранами, но даже лишившись лапы, эти недоволки продолжали атаковать. Когда острие левого клинка пробило одного из них, существо ещё пыталось добраться до своей убийцы, пока Сорка правой рукой не снесла ему голову.
Хорошо хоть своре не хватало ума волчьей стаи – окружить их они не додумались. Сейчас три оставшиеся по-прежнему бросались на воительницу, стоявшую живым щитом. Зато проявился «вожак» – нечто копытное, смахивающее на дренея, только явно опаснее. Сорка плюнула в его сторону, на другие оскорбления дыхания не хватало. Если бы только подруга вышла из транса, если б не надо было её прикрывать, да от этих тварей ошмётки бы летели… А так левая нога уже плохо держит – добиваемая пинком в голову тварь умудрилась прокусить сапог. Ничего, Изувеченная Длань умеет терпеть боль… и побеждать…
Земля под тем местом, где стоял копытный, точно взорвалась кровавым шаром, тот дёрнулся, и на миг Сорка увидела, что к пришельцу летят множество орков. Разъярённые духи просто смяли его, а вскочившая на ноги Марак ударом топора прикончила одну из замерших тварей. Вскоре схватка была окончена.
- Никогда таких не видела, - фыркнула бывшая гладиаторша, отрезая дохлому существу голову, - Прихвачу как трофей.
- Только чашу делать не вздумай – они ядовитые. И его не трогай, - Марак кивнула в сторону изодранного в клочья копытного. Прошептала короткую фразу, исцеляя раны напарницы.
- Чужую добычу не беру, - оскалилась Сорка, но осеклась, видя что подруге плохо. Белая татуировка сейчас почти не выделялась на побледневшей коже, - Они тебя тоже цапнули? Отравили?
- Нет. Охота закончена. Возвращаемся, - каждое слово давалось шаманке с трудом, но она пошла вперёд и воительница последовала за ней. Какую бы битву не выдержала Марак в мире духов, но постепенно к ней возвращались силы, а щёки вновь стали смуглыми.
До гавани дошли без приключений, Сорка болтала, живописуя подробности боя, подруга отмалчивалась. Когда солёные нотки в ветре намекнули, что они почти вернулись, Марак резко остановилась, обвела взглядом полог джунглей. Пустая глазница вновь скрылась под повязкой и внешне девушка была точно такой же, как в самом начале их вылазки. Только лицо исказилось жуткой яростью.
- Килрогг, ты знаешь свою смерть. Надеюсь, что ты видел там меня!

URL
2016-02-14 в 15:25 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Сведения из Танаана были нерадостными, но ожидаемыми. Итак, духи встревожены, появились странные животные, «вроде волки, но гнилостно зелёные и с шипами где только можно», и некий копытный натравил их на орчанку, вернувшуюся на земли своего клана. Что особенно интересно, стража Кровавой глазницы, те замечательные охотники, без ведома которых и мышь не проскользнёт в их края, на помощь не пришли.
- Девушки не звали на подмогу, - Гар’ан покусывала губы, не зная, стоит рассказывать всё или нет, - Сорка для этого слишком… нет, не горда, слишком верит в себя. А Марак проводила запретный ритуал. Я не вызнавала, чем именно он запретный, это дела их клана, но если бы её за таким застали, парой оплеух дело бы не ограничилось. Она вроде как… временно заняла место вождя. Для духов.
- Хочешь сказать, что они могли видеть всё это, но не вмешиваться, позволить пришельцу покарать девчонку за наглость?, - Чернорук прикрыл глаза, размышляя. То, что вождь-шаман Кровавой глазницы рассорился со своими же духами, конечно, странно, тем более для их клана, но Громмаш и ухом не поведёт – мало ли что и у кого бывает с мёртвой роднёй. Оставить всё, как есть, нельзя – слишком много орков из Чёрной горы сейчас в Танаане, и попытка тихо вытаскивать своих из творящихся странностей будет справедливо воспринята как предательство. Что ж, боевому вождю будет полезно узнать про зелёных волков, про странных дренеев, которые внаглую приводят стаю на орочьи земли, а заодно напомнить, что Килрогг последнее время не появлялся ни на одном совете.

Награнд
Больше всего Чернорук надеялся, что сейчас танаанец всё-таки явится на встречу вождей, после чего можно будет заставить его объясняться напрямую. Но в шатре Грома Адского Крика собрались четверо, считая хозяина. Сунувшийся было туда же полномочный посол императора Мар’гока наткнулся взглядом на Каргата, поскучнел и вежливейше испросил у боевого вождя разрешения удалиться. Не было и Гарроша – тот общался со своими соплеменниками, пришедшими к нему из Азерота. В кои-то веки вождь Чёрной горы пожалел об отсутствии пророка кочевников, может, он бы по-другому среагировал на рассказ.
Каргат, казалось, пропустил всю историю мимо ушей – судя по лицу гладиатора, его куда больше интересовало, что именно он такого выпил вчера, что до сих пор не совсем протрезвел. Азука презрительно скалилась, уверенная, что уж её-то клан способен порвать и большее число копытных вместе с их зелёными стаями. И, разумеется, Гром не пожелал выглядеть испуганным новостью.
- Это мелкая добыча для вождей, Чернорук.
- Какую же цель ты считаешь достойной, чтобы говорить о ней здесь?
- Магнарона, - глаза Адского Крика сверкнули, - Азука, твой клан хорошо знает силу духов стихий. Я хочу, чтобы сердце Горгорека вновь забилось в его груди, и чтобы этот титан сражался на нашей стороне.
- Я всё сделаю, - вскинула голову орчанка. Чернорук с трудом удержался, чтобы не рявкнуть: «Да вы кофейных ягод пережрали?!» Можно заставить повиноваться гронна, но рассчитывать покорить величайшую силу Дренора? Только сам Кромог знает, почему он решил остаться в Чёрной горе, а не ушел, ломая каменные стены. Но если Громмашу так хочется своего магнарона… пусть старается.
- Весь твой клан, Азука, обломает свои клинки о тело Горгорека, если вы попытаетесь его заставить.
Орчанка в ярости развернулась к Черноруку, но Громмаш остановил её и заговорил сам:
- Мы все знаем, что такое магнароны. А теперь ответь, вождь Чернорук, что за трудности у Литейной? Если бы поезд вовремя привёз всё, что нужно, Гаррошу бы не пришлось спешно вытаскивать своих.
- Литейная делает всё, что должна, - рыкнул Чернорук, - Поезд захватили на перегоне, охраной занималась Товра, а не мой клан. А с теми пришельцами, кто пытаются лезть к нам… мы справимся, - он медленно, выразительно сжал кулак.
- Доверь охрану моему клану, Громмаш, - Азука резко расхохоталась - Мы сделаем то, что не может сделать Чёрная гора!
- Я тебе язык вырву!, - никто не смеет обвинять его клан в том, что Чёрная гора не справляется с работой. Особенно эта плясунья с клинком, чей воин травит байки, как духи наделили его искусством. Кто такой Джубей’тос, а?
Громмаш встал между спорщиками, махнул Каргату, дескать, всё спокойно.
- Азука, я дал дело твоему клану. Не бегай за двумя зверями разом, порвёшься. Чернорук, мне важно, чтобы поезда ходили. Добивайся этого, как хочешь, только помни обещание насчёт гоблинов. И ещё, - он чуть умерил голос, заставив всех невольно прислушаться, - я отправлюсь в Танаан и спрошу Килрогга, что за новая добыча водится на его землях. Может, на них стоит поохотиться. В моём клане пока за главного останется Гаррош.

- С возвращением, вождь, - адмирал Гар’ан улыбалась во все клыки. Хотя рассказ Чернорука эту радость слегка пригасил:
- Они там не охренели вообще? Значит, наш клан виноват в том, что бойцы Гарроша сидят в другом мире, нормального портала у нас нет, мы полагаемся на то, что некие общие руны и общая кровь позволят открыть путь к какой-то тамошней Чёрной горе, если мы захватим Шаттрах? И должны отвечать за то, что Товра не озаботилась нормально прикрыть поезд?
- Хватит. Ошибка была общей, - вождь был готов защищать свой клан перед чужими, но сам прекрасно понимал – их доля вины в сорвавшейся операции тоже есть, - Это уже не имеет значения, я не думаю, что мы бы захватили Шаттрах, даже если бы довезли пушку. Или что захотели бы открывать оттуда портал.
Чернорук поморщился, вспомнив, что увидел, пролетая возле дренейского города. Он хотел взглянуть на место гибели Оргрима и заставил рилака приблизиться, хотя ящер пронзительно кричал, чувствуя опасность, да и сам вождь осознавал, что может подставиться под магию копытных. Но то, что открылось глазам, было хуже, чем опасность от защитных кристаллов. По порту расхаживали странные существа, слегка похожие на дренеев, а ощущалось это – точно смотришь на гниющий труп, заражённый ботани. Он не мёртвый, но от этого ещё хуже. Неправильно, мерзко.
- Значит, правда, что дренеи, пытаясь защититься от нас, выпустили в Шаттрахе каких-то тварей, а теперь их переловить не могут?
Вождь кивнул, и глаза Гар’ан вспыхнули торжеством: - Тогда всё верно. Ничего, рано или поздно мы захватим этот город!
«Сотрём позор отступления», - мысленно продолжил её фразу Чернорук. Он бы с удовольствием превратил этот проклятый город в один костёр со всеми тварями, которые сейчас по нему бродят. И да, осознание того, что тебе пришлось отступить, что ты сам не помнишь, как выплыл после взрыва корабля, как держался на воде, пока тебя не подобрали матросы с корабля Гар’ан – отнюдь не главное, за что он ненавидел Шаттрах. Но сейчас речь не о том.
- Что верно, адмирал?
- Подтвердились некоторые сведения. Пока тебя не было, пришло письмо из Танаана.
То, что на время своего отсутствия Чернорук оставил заменой вождя Гар’ан, отказавшуюся от ремесла семьи ради моря, было хорошим ударом поклонникам традиций. Он представлял, насколько все традиционалисты были в ярости. Интересно, стало бы им легче от того, что адмирал меньше всего хотела сидеть в Горе, и сейчас откровенно радуется, что сможет вновь вернуться на морские просторы?
Орчанка предпочла не пересказывать письмо, а протянуть вождю пергамент. Чёткие руны, выведенные рукой, привычной к чертежам – он узнал этот почерк сразу.
«Копытные в страхе перед нами призвали каких-то демонов, которые им сродни. Килрогг молчит, надеясь, что сможет быстро справиться с ними и тогда уже рассказать Громмашу о победе, а не докладывать, что эти дренейские помощники довольно опасны. Нам тревожиться нечего, Литейную Лок’горон и вообще мои укрепления они не возьмут. Скоро покончим с этими тварями, Глазница очень старается. Ни с какими вояками, рассказывающими, что духи сделали их великими, не сталкивалась, но ещё поспрашиваю работников. Осадный мастер Мар’так».
Ничего лишнего, и всё, что нужно. Чернорук перечитал письмо, чувствуя, как лицо расплывается в ухмылке. Кровавая глазница просто-напросто решила справиться своими силами, доказать, что они не «трусы, прячущиеся в джунглях», как презрительно называли их другие кланы, помнившие, что про танаанцев годами не было слышно, многие тогда считали, что араккоа всё же добили это племя. Что ж, приехавший Громмаш напомнит Килроггу, что теперь мы все в Железной Орде, и не стоит тревожить соратников молчанием. Хотя если до того момента победа будет одержана, Адский Крик только похвалит шамана джунглей.
- Как думаешь, успеют они справиться с призванными до приезда боевого вождя?
Гар’ан удивлённо сморгнула – в голосе Чернорука не так часто слышались шутливые нотки.
- А кто их знает! Либо успеют и будут хвастаться, либо потащат Громмаша на большую охоту, он тоже рад будет. Килрогг всегда вывернется, - адмирал щёлкнула пальцами, точно ловя мысль, - Но всё-таки… с чего он тогда с духами своими поцапался?
Чернорук пристально взглянул на неё: - Ты думаешь, там что-то сложнее, чем в письме?
- Нет. Мы всяко не выясним, что в Кровавой Глазнице делается, это их шаманство, туда чужаку не сунуться. Марак половину мне рассказать не может, и Сорке ничего не объясняет. Хотя её та драка здорово встряхнул, плохо девчонке сейчас. Но… пусть шаманы занимаются шаманством, а я уверена: если бы там проявилось что-то серьёзное, нас бы уже предупредили, - она кивнула на письмо, - Я доверяю своим девчонкам, но…
- Но Мар’так – опытный воин, которая знает, когда надо тревожиться, а когда – нет, - продолжил вождь, - неудивительно, что к ней та парочка с рассказами о ритуалах не сунулась, в кузне некогда слушать глупости. И всё-таки у нас есть новые враги, и об этом забывать не стоит. Демоны, родственные дренеям.
- Встречу на море – расскажу, что они как моряки из себя представляют, - вскинула голову Гар’ан.

URL
2016-02-14 в 15:27 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Уже по тому, как суетился Нурт, Джиллиан поняла, что вождь вернулся. Она хотела помочь пеону, но тот явно дал понять, что чужачке дольше объяснять придётся. Девушка пожала плечами и вернулась к книгам. Спорить и рассказывать, что она умеет накрывать на стол, что ей это приходилось делать… зачем?
Когда в дверях показалась огромная фигура, девушка на одном дыхании выдала здешнее вежливое приветствие. Чернорук усмехнулся, явно довольный её знаниями.
- Привет, Ящерка. Ты быстро учишься.
- Мне жить здесь, - ответила Джиллиан. Пусть считает, что она смирилась с тем, что должна остаться в клане, что ей тут нравится и она рада его возвращению. Впрочем, последнее было абсолютной правдой. За эти дни девушка не раз задумывалась, что станется с ней, если вдруг вождя в его странствиях перехватят воины Орды или Альянса. От чужих ненужных игрушек избавляются быстро. А ещё она жутко соскучилась по общению. Нурт мало того, что сам был неразговорчив, но и старательно прерывал любую её попытку познакомиться с кем-то из местных, будь то пеоны или воины. То ли он так стерёг хозяйское имущество, то ли ещё что. И одна мысль о том, что вернутся прогулки по здешним цехам, что, может, она попросит вождя показать ей док с кораблями, заставляла Джиллиан улыбаться.
Она попыталась расспросить Чернорука о Награнде, но по односложным ответам быстро поняла – орк, кажется, устал с дороги куда больше, чем позволяет себе показать. Зато ему интересно, чем занималась Джиллиан в его отсутствие. Решив, что жаловаться на Нурта бесполезно (может, пеон выполнял приказ своего хозяина, а не по собственной воле так её опекал) девушка перевела застольную беседу на более любопытную тему – прочитанные книги. В полной мере она пока осилила только одну – те самые Хроники великих походов с великолепными иллюстрациями. Увы, разобраться, настоящие ли это войны или всё-таки автор многое присочинил, и когда случилась кампания против крылатых араккоа, не получилось, но местные герои впечатляли.
- А как давно клан сражался с араккоа? Про вождя там сказано, что и спустя века сами горы хранят её имя, - вдовствующая правительница Чёрной горы, грозная воительница, безумно понравилась Джиллиан. Достойная женщина, чем-то похожая на одну из гилнеасских королев, хотя описанная в книге манера выражаться мало подходила венценосной особе. Ну и вряд ли человеческая королева сама бы ковала для себя клинок.
- Не так давно, как тебе кажется. Если говорится о горах, это значит, что героя запомнили навечно, и времени для него больше нет, - в тёмных глазах орка точно огни вспыхнули, - Века ещё не прошли с тех пор, как правила Вэр’Лан Покорившая скалы, но и через столетия о ней будут петь.
- Она была великой женщиной. Наверно, и сейчас девочки клана хотят быть похожими на неё, - Джиллиан неожиданно запнулась, сообразив, что если это всё было совсем недавно, то, получается… О семье правительницы хронист писал мало, девушка помнила, что супруг Вэр’Лан погиб в великой битве, когда два клана, Чёрная гора и Весёлые черепа, объединились, давая отпор гроннам, - Подожди, так она…
- Моя мать, да, - Чернорук улыбнулся, - Победительница араккоа и одна из величайших вождей за всю историю клана. Горы хранят её имя, а её голос порой до сих пор звучит в этих стенах.
Последнюю фразу Джиллиан не очень поняла, но кивнула. Возможно, дух матери является к сыну, даёт ему советы. Невольно представив себе почтенную даму, отчитывающую грозного вождя как мальчишку, она прикусила губу, чтоб не хихикнуть. Впрочем, Чернорук уже поднялся из-за стола, и вряд ли заметил её гримаску.
Увидев, что именно собирается делать вождь, девушка даже позабыла о духах и родственных отношениях. Ей давно было любопытно, что хранится в запертом шкафу – единственном, что в покоях вождя закрывалось на массивный замок. Какие-то магические вещи или драгоценности? Скучая в одиночестве, она невольно задумывалась, получится ли у неё подобрать отмычку и заглянуть в загадочный шкаф. Правда, ей не было настолько скучно, чтобы рисковать обвинением в воровстве.
Но то, что она сейчас видела, было трудно назвать драгоценностью. Некое устройство явно орочьей работы отдалённо напоминало гоблинскую музыкальную машинку – граммофон. Тоже нечто вроде трубы, массивный корпус, но не видно места для пластинки. На верхней полке стояло похожее устройство, только куда более изящное.
Когда Чернорук аккуратно вытащил музыкальную машину из шкафа, выяснилось, что там ещё есть несколько практически одинаковых по размеру и форме кристаллов (такие камни здесь считаются наследием неких апекситов, промелькнули в голове объяснения Вивианы) и какая-то совсем загадочная штука. Похоже, в неё эти кристаллы должны вставляться, да и в самой машине есть паз под них.
- Эти камни создают музыку?
Орк даже оглянулся с удивлением, видимо, в технических познаниях своей пленницы он сильно сомневался.
- Не создают. Она хранится в них. Песни, разговор – всё, что угодно. Пока кристалл сидит в шкатулке, - он указал на загадочную штуку, - он ловит то, что звучит вокруг. И звуки остаются в нём.
- Как насекомые в янтаре, - протянула Джиллиан, подходя ближе, - Здорово. Можно посмотреть ближе?
- Хоть потрогать, они не такие хрупкие, как кажутся. Это работа араккоа, говорят, вся их техника должна выдерживать падение. Хотя я не проверял. Их певческому ящику ты точно не повредишь, он сюда приехал уже сломанным.
- Трофеи из того похода?
- Да. Мать отдала их мне, и я сказал, что починю этот певческий ящик. Она не поверила. И, в общем, была права, потому что их работа более тонкая, чем наша. Я разобрал тот ящик, понял, что не смогу восстановить то, что сломано, зато сообразил, как он работает.

URL
2016-02-14 в 15:27 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Пальцы привычно проверяли, не разболталась ли какая деталь (разве что проверять теперь приходилось левой рукой, правая не чувствовала настолько точно), а мысли ушли в прошлое, в воспоминания. В те дни, когда он раз за разом рисовал чертежи, пытаясь ухватить саму суть машины. Всю ту странную начинку, которую предстояло сделать заново. Не для певческого ящика араккоа – а для своего. В итоге вещь получилась крупнее, только сам держатель кристаллов полностью сохранил размер.
- Мне повезло, что шкатулка-ловушка работала – тогда бы мне умения не хватило её сделать. Сейчас, если что, справлюсь, хотя не похоже, что она выходит из строя. Разве что если кристалл потускнеет – не эти, тот, который внутри самой шкатулки. От него и зависит, работает она или нет, если он потемнеет, то надо будет новый искать. Или проверить, можно ли ему вернуть свечение – на солнце днём оставить или рядом с огнём.
- Многие устройства способны заряжаться, только надо знать, от чего, иначе его легко испортить, - произнесла Джиллиан на гоблинском, мысленно выругалась и быстро перевела фразу на орочий. В Подгороде о технике зачастую говорили именно на языке одних из самых талантливых механиков, вот и вылезло где не надо. Хоть бы за издевательство не принял.
- Ты говоришь по-гоблински? Ты сама техник?
- Нет, совсем нет. Я знаю их язык, вообще гоблины гордятся, что сами будут говорить с кем угодно на его родном, но Подгород предпочитает, чтобы в посольстве или торговом представительстве было побольше тех, кто знает гоблинский.
«Например, скромные девочки, которые вроде бы сидят и перебирают бумаги, на самом деле внимательно прислушиваясь к тому, о чём рассуждают между собой достойные зеленокожие торговцы. Умеющие быть почти невидимыми… и заметить кого-то такого же почти невидимого с гоблинской стороны. В чём-то ведение дел между Подгородом и Кабестаном, а потом Гаванью Трюмных вод напоминало игру в карты двух шулеров, отчаянно притворяющихся честными».
Объяснения хватило, по крайней мере, вождь перестал разглядывать её и вернулся к настраиванию своей машинки. Потом выбрал один из кристаллов и аккуратно вставил в паз певческого ящика.
Джиллиан доводилось слышать гоблинские граммофоны, но всё равно в этом было нечто загадочное – когда машина пела живым голосом. Или, как сейчас, комнату наполнил шум толпы, точно вокруг них собралось множество невидимых орков. Может, так и воспринимают духов шаманы?
- Чёрная гора! Вы злились, что нам пришлось отступить, но вы выполнили приказ, - низкий голос точно пригасил гомон. Голос низкий, резкий и властный, но всё же женский, - Ловушка араккоа не захлопнулась, они не втянули нас в бой на своих условиях. Мы взяли, что смогли, и отступили… чтобы теперь вернуться. Орунайский берег принадлежит нам, а не крылатым! Во имя камня и пламени!
Орки взревели в ответ, чуть не оглушив Джиллиан – на мгновение ей почудилось, что она стоит в той толпе, вместе со всеми выкрикивая клич клана, глядя на вождя – высокую и сильную орчанку. Потом зазвучала песня, с каждой секундой набирая громкость, всё новые голоса подхватывали тяжёлый ритм, под который просто идти на врага… или работать в кузне. Да, для Чёрной горы, в отличие от азеротских орков, работа не была уделом пеонов, они гордились трудом не меньше, чем военными победами. Точно дварфы.
Чуть опомнившись, девушка поняла, что Чернорук смотрит на неё с каким-то странным выражением.
- Голос Вэр’Лан до сих пор звучит в этих стенах, да. Из того похода она вернулась Покорившей скалы. И нет, я прошёл испытания и стал воином только через год. Туда я не успел.
- Сочувствую, - вздохнула Джиллиан, и, не удержавшись, добавила, - Хорошо, если можно вот так сохранить хотя бы голос… Я б хотела услышать слова моей матери.
Она сама не понимала, с чего у неё это вырвалось. Нет, она не тосковала по родителям, она слишком давно их потеряла, но… Но теперь тебе придётся говорить об этом дальше.
- Я вообще ничего о своих не помню. Только то, что рассказывали. Я осталась сиротой совсем девчонкой.
Чернорук мягко коснулся её плеча. Он прекрасно понимал ситуацию Ящерки – своего отца он тоже помнил только по рассказам. По песням, восхваляющим грозного воина, по словам матери, по нарисованным ею портретам. Но собственная память маленького орчонка не сохранила ничего. А с возрастом становилось ясно, что внешностью он пошёл, скорее, в мать, не взяв ничего от отца. Он был сыном Вэр’Лан, а история отца точно вычитана или услышана от сказителя.
- Они погибли в бою, да?, - как погибают любящие пары в легендах – в один час и в один миг, сразив великого врага ценою своих жизней. Его матери повезло больше, она выстояла в той схватке, где удар гронна убил её друга жизни, но не зря потом шептались, что её сердце умерло в этой битве. Многие мужчины клана мечтали разделить с ней путь, но Вэр’Лан, грозная Вэр’Лан не желала видеть рядом никого.
- Если по вашему, они были пеонами. Никогда и ни с кем не воевали. Просто пришла болезнь, - ничего особо ужасного, не мор и не отравленное зерно. Осенняя лихорадка, которая время от времени навещала земли Лордерона. Она была настолько же привычным злом, как то, что весной разлив рек может снести мост, а летом – случиться неурожай. Её родители прожили не так долго, но это была нормальная человеческая жизнь. Только потом чужая извращённая воля разорила их могилы, швырнула их в бой, но уже, и может, к счастью, неразумными. Их души давно были в Свете, а тела… какая разница. Но вот об этом Джиллиан не скажет никогда, потому что она до сих пор вздрагивала от ужаса и бессильной ярости, когда вспоминала опустевшее кладбище и понимала, что где-то там, среди ошмётков безмозглых зомби лежат и её мать и отец. Когда всех этих бедолаг, из которых даже сейчас валькиры бы не сделали разумной нежити, хоронили в братской могиле (мало по кому можно было определить, под каким обелиском он или она спали раньше, так… честнее), девушка не ушла, пока последний найденный не упокоился, но своих так и не узнала. Может, к лучшему. Да и как узнать, не помня лиц?
- Убрать музыку?
Девушка изумлённо подняла голову – в голосе орка звучало искреннее соболезнование. Она, скорее, ждала, что Чернорук, услышав историю её родителей, проникнется презрением что к ним, что к ней – ну как же, жалкие пеоны.
- Нет, пусть играет. Я ведь не в трауре, это всё было давно…, - а потом слова хлынули как кровь из раны, всё то, что она совсем не собиралась рассказывать. Что она много слышала о родителях, особенно о матери от госпожи Элизы – мать Джиллиан была её служанкой, потому богатая горожанка, узнав про осиротевшую девочку, решила о ней позаботиться, что по дням поминовения хозяйка всегда, посетив склеп своих покойных, шла вместе с прислугой-воспитанницей навестить две скромные могилы на «бедном» конце кладбища, но у самой девочки это никогда не вызывало каких-то особых чувств. Иногда ей снились какие-то смутные сны из раннего детства, но она не просыпалась, заливаясь слезами, как писали о сиротах в книгах, не припоминала мучительно облик матери. Почему-то любовь к родителям и родство она в полной мере ощутила, глядя на растёрзанные могилы. Понимая, что их, хороших людей, Король-Лич превратил в безмозглых рабов.
Чернорук молча слушал её. В какой-то момент Ящерка начала переходить на родной язык, и орк понимал хорошо если четверть из сказанного, из лихорадочного яростного шёпота, но перебивать и переспрашивать не стал. Узнать, что такое этот повелитель мёртвых, можно и потом. А пока… Джиллиан выглядит слабой и хрупкой, но она была взята в плен с оружием в руках, хоть и сражалась неумело. Сейчас в её голосе слышен не пеонский страх, а злость, может, желание отомстить. Если вся её беда только в слабости и том, что её плохо учили… это поправимо. Она станет воином. Вернее, получит шанс стать им, мысленно одёрнул он себя. Никого, ни ребёнка последней из пеонов, ни дитя вождя нельзя сделать воином, если у него самого не хватит отваги и стойкости. Но он всей душой верил, что Ящерка справится.

URL
2016-02-14 в 15:30 

Дариона
Добрейшей души ДК (с)
:squeeze:
Тигр, я тебя обожаю!

2016-02-14 в 15:35 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Дариона Мурррр, спасибо. Я рад, что подарок нравится.

URL
2016-02-15 в 02:18 

Ramine, Reine des souris
Рамина, Королева Полевых Мышей
Занятно) Дренор встает перед глазами, как живой!

2016-02-15 в 07:49 

_Полярная_
Ангел-пилот, натворитель и растворитель, резко заходит в очередной вираж.
Супер! Я какоридж, и оно прекрасно!

2016-02-15 в 08:48 

Акша Таквааш
дивная тварь из дивного леса
Огненный Тигр, здорово, прочиталось на одном дыхании.

Будем ждать продолджения

2016-02-15 в 09:55 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Ramine, Reine des souris Чего Тигр и добивается - люблю, когда игровые миры становятся более реальными. А Дренор в своём нерасколотом варианте настолько красив, что ему хочется быть летописцем.

Поларис Высокая похвала для автора. Очень рад, что вещь можно читать и без знакомства с каноном.

Акша Таквааш Спасибо. Постараюсь с продолжением не затягивать, хотя в будущем таких огромных выкладок уже не будет. Пойдёт по "главкам".

URL
2016-02-15 в 16:45 

Акша Таквааш
дивная тварь из дивного леса
Огненный Тигр, и как это ты такие истории выводишь! У нас, конечно, тоже каждый персонаж имеет свой характер, биографию и предпочтения (все 15 альтов)))), но оно и в сравнение не идёт с тем, что пишешь.

2016-02-15 в 16:54 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Акша Таквааш Это всё они сами! Изначально задумывалась небольшая история про попаданку, взгляд на орков и их традиции глазами постороннего существа, где-то как-то романтика. А дальше энное количество вроде бы второстепенных героев затребовали место и мнение в тексте, Тигр подумал, что нееет, мне не хочется, чтобы эта эпопея закончилась, как в каноне, в общем, очнулся по уши в эпопее, где много кто проявится и много что будет.

URL
2016-03-03 в 11:50 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Орда, гарнизон тауренши-друида Мариле
Такой беспомощной Вивиана не чувствовала себя никогда в жизни. Даже будучи полу-упырём, считай, рабыней, всё равно магесса надеялась, что вырвется из этого плена. А сейчас она смотрела на белый лист бумаги и не знала, как написать о том, что произошло. О том, что Джиллиан пропала и, скорее всего, её уже нет.
«Это я виновата. Мне нельзя было брать её с собой. Нельзя! Джилл, милая старательная Джиллиан, книжница – зачем её потянуло в эти проклятые края? Зачем я согласилась?»
Узнав о том, что у её телохранительницы исчезла подруга, госпожа Мариле позволила Вивиане бросить всё и отправиться на поиски. Ещё и сама поговорила с друидами Гряды Небоводья – именно они в последний раз видели Джиллиан. Как выяснилось, некоторые даже запомнили девушку-нежить, хотя она с ними толком и не пообщалась – прилетела, какое-то время стояла и смотрела на лагерь (видимо, ей казалось непривычным, что альянсеры и ордынцы вместе), а потом куда-то тихо ушла. Когда через пару часов, совсем уже ночью явился один из их товарищей, тролль, присматривавший за летунами возле Железных доков, и поинтересовался, добралась ли сюда девчонка из Отрёкшихся, она к нам собиралась, Чолуна даже прошла по её следам, глянуть, куда запропастилась путница. Вивиана, слушая рассказ, мысленно сжалась, готовясь, что сейчас ей расскажут про вылазку ботани, про то, что её подругу, считай, сестру превратили в удобрение, но судьба оказалась милосерднее.
- Если по запахам, там были её следы и следы нескольких орков. Похоже, что патруль Чёрной Горы, - пробасила тауренша, и в тот миг магесса была готов броситься ей на шею. За добрую весть и просто за то, что им не было всё равно.
Но сверкнувший тогда лучик надежды так и остался единственным. Больше никаких следов Джиллиан не нашлось. Мысль о том, что удастся отбить пленницу, рассыпалась в прах, стоило взглянуть на укрепления Чёрной горы, на то, как бдительно стоят на вышках часовые и ходят патрули стражи. Если бы девушка показалась где-то на открытой местности, в той «Яме», как презрительно друиды называли огромную впадину, где орки проверяли свои боевые машины, то, несмотря на все опасности, они бы рискнули. Друид в виде птицы всё же не сумеет унести человека, но грозные вороны, местные огромные летуны, вполне могли тащить двоих – одного на спине, а другого в когтях, пока наездник магией прикрывает его от орочьей стрельбы и рилаков. Ночью Вивиана бы даже не просила помощи – сама бы спустилась. Её Шиан, лордеронская летучая мышь, может, и уступала воронам и рилакам в умении драться, зато летала бесшумно, а нежить видит в темноте лучше орков. Увы, в «Яме» пленница не появлялась, а атаковать саму крепость – это уже было бы не риском, а самоубийством.
И всё яснее, с болезненной, мучительной ясностью магесса понимала – её подруга пропала навсегда. Что орки делают с пленными? Через что пришлось пройти милой смешливой книжнице Джиллиан перед окончательной смертью? Ты любила всякое необычное, ты восхищалась гоблинскими придумками, мечтала о романтике, чтобы как в твоих любимых историях… и всё это оборвалось в какой-то подземной клетке! «Нет! Я не буду говорить о тебе в прошедшем времени. И», - Вивиана подобрала с пола отброшенное перо, «ничего пока не буду писать матери». Это было жалким оттягиванием неизбежного, рано или поздно Элиза Лейнфилд узнает о судьбе своей воспитанницы, но не сегодня, не сейчас.
- Ты сильно занята?, - Аэда Ясная Заря замерла на пороге комнаты. Судя по тому, что чернокнижница чуть ли не бежала сюда, вон даже волосы растрепались, вопрос о занятости был порождением эльфийской вежливости, идти и что-то делать всё равно придётся. И кто ж тебя заставил так торопиться? Аэда служила в, так сказать, второй половине гарнизона, при постройке укреплений двое ветеранов, Мариле и паладин Аллардента, решили, что намного умнее сделать общую крепость, чем две мелкие. Та часть была едва ли не полностью эльфийской, с небольшими вкраплениями местных орков. Неудивительно, Аллардента был не только ветераном войн и одним из самых заметных дипломатов Луносвета, но и приближённым принца Каэль’Таса. С возвращением эльфийского правителя из Запределья – как говорили, узнав о позорном перемирии в Нордсколе, принц отринул прежние склоки и пересилил зависимость от демонической магии – паладин стал очень влиятельной персоной, и многие стремились служить ему. Впрочем, Аллардента никогда не гонял своих воинов без особой на то надобности, а тревожных сигналов Вивиана не слышала. Да и тогда бы даже эльфы не заводили разговор издалека.
- Что-то случилось?, - перо и бумага убраны в ящик, руки вытерты – готова идти хоть сейчас. Всё лучше, чем мучиться с письмом.
- В гарнизоне леди Лиадрин, и она желает тебя видеть.
Понятно. О командире паладинов Луносвета у Вивианы особого мнения не было – слишком противоречивые слухи про неё ходили. Одни считали её истинной патриоткой и, говоря старым языком, светлой душой, другие – надменной аристократкой, для которой все, кроме синдореев – пыль под копытами коня. В полной мере Ви не знала и того, как складывается иерархия у эльфов: Аллардента и Лиадрин равны между собой по статусу, или он всё же ей подчиняется. Если последнее, неудивительно, что Аэда так взъерошена. К тому же, по слухам, леди не любит чернокнижников. Впрочем, по тем же слухам, она не любит и нежить, и не ясно, с чего ей понадобилась магесса-Отрёкшаяся.
До «ратуши» (или дома вождя, как называли здание местные орки) Вивиана тоже добиралась почти бегом – не хотелось заставлять грозную эльфийскую воительницу ждать. Выглядела та действительно эффектно, ярко-рыжие волосы убраны так, что сами по себе кажутся шлемом… или короной. На капризную аристократку, гоняющую всех по своей прихоти, паладин похожа не была. На надменную леди, впрочем, тоже – слишком многое у неё на лице написано. Хотя это эльфы, они все эмоциональны.
- Вы и есть магесса Вивиана Лейнфилд?, - а вот голос у Лиадрин холодный, как весенний ручей.
- Да, миледи, - образу скромной и старательной девицы, своим трудом и талантом добившейся признания со стороны благородных, в случае Ви мешали разве что фиолетовые волосы (да здравствуют гоблинские краски с завлекательной надписью: желаете обрести кельдорейскую красоту?).
- Насколько я знаю, вы некоторое время входили в свиту королевы Сильваны, - Лиадрин дождалась кивка собеседницы, потом продолжила, - Значит, достаточно надёжны и опытны для одного задания.
- Какого, миледи?
- Вскоре должен состояться поединок двух орочьих вождей, одного с нашей стороны, другого – от Железной Орды. Мне нужен тот, кто сможет пронаблюдать за ним. Быть, так сказать, секундантом. Это не шпионская миссия, Тралл на это согласен.
Нервный вопрос «А почему бы это не сделать кому-то из лазутчиков?» умер, не родившись. Ему на смену пришёл другой:
- Но почему я? Множество орков были бы счастливы исполнить эту почётную роль.
- Орки и так придут глазеть. Но от нашего секунданта потребуется большее терпение и умение ждать. С другой стороны, там, где применяются силы шаманов или, возможно, некая новая техника, бывает жарко. Вы достаточно опытный маг, чтобы защитить себя, и достаточно живучи, как любая нежить.
Вивиана вгляделась в лицо эльфийки. Отказаться, похоже, не получится, да и не слишком хочется, какие бы подводные камни в этом задании не таились. Получится ли другое?
- Я счастлива принять на себя эту миссию. Леди Лиадрин, могу ли я попросить вас о помощи?
Голос паладина даже не дрогнул:
- Если речь идёт о спасении вашей подруги – да, мне уже здесь рассказали – то нет. Чёрная гора неприступна, атака на Доки была полезна, но в то же время это заставило наших противников укрепить оборону. Жизнь, - тонкие губы чуть скривились, - одной нежити не стоит такого риска.
Магесса сцепила пальцы, чувствуя подступающую к горлу ярость. Жизнь одной нежити, ах ты светлая тварь!
- Будь на месте Джиллиан эльфийка, вы бы действовали по-другому.
Корона рыжих волос чуть покачнулась – Лиадрин молча кивнула. Потом так же спокойно спросила: - Тем не менее вы не отказываетесь от миссии?
- Не отказываюсь, - вспышка бешенства прошла, Вивиана не собиралась наживать себе могущественных врагов, особенно сейчас.
- Тогда до встречи в Награнде. Да, временно вы переходите в состав моего отряда, но я отпущу вас, как только надобность в этом отпадёт.
Это означает, что лететь придётся прямо сейчас, только сложить вещи, и вперёд. Заметив сочувствующий взгляд Аэды, Ви тайком показала – всё в порядке. Тоже достижение в какой-то мере: послужить под началом леди Лиадрин, хоть и недолго. И новое задание не позволит ей свихнуться, строя невозможные планы.

URL
2016-03-03 в 12:09 

Дариона
Добрейшей души ДК (с)
Бедная Ви... Тяжко вот так - ничего не знать.
И спасибо за продолжение

2016-03-03 в 12:55 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Дариона Ви ещё замечательно держится, всё-таки у нежити нервы обычно хорошие.
Рад, что продолжение понравилось.

URL
2016-03-03 в 13:02 

Акша Таквааш
дивная тварь из дивного леса
Огненный Тигр, нам тоже понравилось. Только его так ма...)))

2016-03-03 в 13:15 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Акша Таквааш Ну простите, автор очень бы хотел писать побольше, но у автора работа. Надеюсь, что зверь-Неписец меня в ближайшее время не посетит, аврал тоже, так что время для творчества найдётся. А то герои сгрызут мне мозг.

URL
2016-03-03 в 14:21 

Акша Таквааш
дивная тварь из дивного леса
Ну простите, автор очень бы хотел писать побольше, но у автора работа.
Да мы не в упрёк.

2016-03-03 в 14:35 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Акша Таквааш Я понимаю. Постараюсь не затягивать с продолжением.

URL
2016-03-26 в 22:06 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Награнд, встреча двух вождей
«Могли бы не выделываться, а сразиться на огрской арене», мысленно фыркнула Вивиана, рассматривая место грядущего поединка. Просто одно из здеших взгорий, без тени намека на хоть минимальные удобства в виде скамеек. Может, таким образом они хотели поуменьшить число зрителей? Если так, то план провалился – количество собирающихся орков уже впечатляло.
Магесса окинула взглядом растущую толпу коричневых вояк. Особым спецом по здешней «геральдике» она не была, но кое-что понять удавалось. Большинство, естественно, из Песни Войны – они приезжали целыми стаями, шумели, прославляли своего «вождя-пророка» (как поняла Вивиана, так именовали Гарроша, чтобы не путать с «настоящим вождём» Громом). Судя по всему, изгнанника из Азерота здесь любили и уважали. Куда спокойнее вели себя представители Пылающего клинка, их одежды по яркости могли поспорить с нарядами воинов Лиадрин. Ви порадовалась, что смогла, временно перейдя под командование эльфийки, сохранить свой привычный костюм, только на плече красовался аксельбант цветов Луносвета. Хороша б она была в одежде синдорейской магессы, восседая прямо на ближайшем валуне. Ей-то ничего, но часть платья бы так на камне и осталась.
Девушка отвлеклась от спора местных орков (одни из Пылающего клинка, другие, судя по рукам, вообще из Изувеченной длани) о разных стилях поединков, глянула на другую сторону импровизированного «ристалища», где выстраивалось всё больше зелёных орков, а за их спинами возвышались таурены. Нежить и эльфы по большей части событие проигнорировали, виднелись только редкие зеваки, да те, кого сюда прислала служба, тролли же по своему обыкновению держались отдельной группой. Забавно, что с ростом толпы зелёные и коричневые орки всё чаще смешивались в компаниях, о чём-то общаясь, споря… Уж не ради этого ли и затевается поединок – вожди будут драться, а обычные воины – разговаривать, и может, здесь будет заложен первый хрупкий мостик через вражду? А кто там окажется сильнее – не суть важно. Не для орков, правда.
Увы, если эта цель и задумывалась, лично для Вивианы она мало что значила – орков Чёрной горы в толпе видно не было. Узнать о судьбе подруги не получится… Магесса пнула сапожком валун, точно пришпоривая его. «Не думай сейчас об этом! Если здесь получится завязать какую-то дипломатию, если пойдёт что-то вроде обмена пленниками, Лиадрин про твою подругу вспомнит, это она тебе обещала. И скорее всего, слово сдержит. А ты пока лучше подумай, какова твоя истинная роль в этом спектакле».
Объяснения были столь же просты, сколь и нечётки. Нужно наблюдать за поединком, находясь достаточно близко от места схватки. Ещё, судя по намёкам леди Лиадрин, необходимо уметь выжидать и выживать. И вот зачем первое, абсолютно непонятно. Теоретически, секундант нужен, чтобы противник не применил некое запрещённое оружие – к примеру, не принёс какую-то магическую вещицу в схватку на чистых клинках, но тут, как она уже знала, оба орка разрешили друг другу (враг врагу) всё. Вивиана опасалась, не заявится ли Гаррош на бой на какой-то машине Железной Орды, был бы сюрприз для Тралла, но вон он, мчится сюда верхом на волке, впереди клыкастой свиты. Значит, не техника. Не кавалерийский бой – это обсуждалось, схватка будет один на один, а всадник с ездовым зверем – уже двое. Проверять оружие не понадобится, оба противника от этого отказались. Так зачем здесь наблюдатель, да ещё и от леди Лиадрин?
Очнувшись от своих мыслей, Ви увидела, что неподалёку от неё прохаживается орчанка. Настоящий секундант, что ли? Надо прояснить ситуацию, а то нас тут уже двое, если та сторона скажет, что мы как-то влияем на поле поединка, неудобно будет. Ну там заранее задабриваем духов или что ещё.
На вежливый вопрос зеленокожая криво усмехнулась:
- А я с другой стороны, как это у вас, людей, секундант.
Магесса молча кивнула и снова устроилась на камне, решив пока что запихнуть удивление поглубже. Гаррош взял секундантом кого-то из азеротских орков, интересно, с чего бы? Она точно не шаманка, не то воительница, не то лазутчица.
Орчанка всё же снизошла до объяснений, бросив одно слово:
- Кор’крон.
Из бывших сторонников, значит. Ну ладно, мне-то какая разница? К счастью, секундантам вроде бы драться не придётся.
На явление Гарроша местные орки откликнулись диким рёвом, от которого в небо вспорхнули птицы, причём не только мелкие пташки, но и здоровенные хищники. Ответный клич приветствовал Тралла. Вивиана мысленно отметила, что Дренор пошёл бывшему вождю на пользу, как минимум, тот больше не выглядел некой орочьей пародией на даларанского мага. Да, шаман, но в одежде Северных Волков, а не балахоне.
Гаррош, увидев противника, усмехнулся: - Такого тебя не стыдно убить!
- Рано хвалишься, - рыкнул Тралл, потом неожиданно властным жестом обвёл собравшихся. Орки даже присмирели, - Слушайте меня. Это поединок нашей с ним вражды. Кто бы не победил и кто бы не проиграл, это никого не обязывает к мести. Наши с Гаррошем разногласия кончатся здесь и сейчас.
Вождь-пророк Песни Войны кивнул, подкинул топор:
- Я буду пить из твоего черепа, Тралл!
- Возможно, хоть так ты обретёшь немного мудрости, - фыркнул шаман, - а она тебе могла бы здорово пригодиться, - молот лёг в его руку, и Вивиане почудилось, что даже тот камень, на котором сидела магесса, чуть покачнулся.
Соперники рванулись друг к другу как две волны. Топор в руках Гарроша казался невесомым – так легко двигался орк, и титаническим – так страшно он рубил. Боевой клич заставил магессу вздрогнуть, но Тралл отбил очередной удар, и уже Гаррош отпрыгнул, уворачиваясь от взмаха молота и сверкнувшей рядом молнии. Жуткий поединок силы и воли продолжался, пока точно сам мир не выдохнул: «Пора». Вместо очередного могучего удара Тралл вознёс молот над головой… и из глубин земли вырвалась каменная рука. Не ожидавший такой атаки Гаррош был схвачен, Вивиана видела, как напряглись мускулы орка, пытавшегося вырваться, он пару раз рубанул по врагу, но порождение шаманства держало крепко. Гневный рык воина смолк, а через несколько мгновений пальцы разжались на рукояти топора. Поединок окончился, но вместо победного клича одной из сторон воцарилась тишина – все смотрели на искалеченное, скованное камнем тело, и это молчание отдавало последние почести Гаррошу. Даже те, кто ненавидели его, не желали ему такой смерти. Тралл замер там же, где стоял, только опустился молот, врезавшись краем в землю.

URL
2016-03-26 в 22:06 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
- Это был последний раз, когда стихии Дренора послушались тебя, - зеленокожая секундант пристально смотрела на победителя. Она что, сама собирается кинуться в драку? Магесса невольно напряглась, готовясь, если что, защищать Тралла, но пока что орчанка даже за оружие не взялась.
- Я знаю. У камня и огня здесь есть другие, связанные с ними кровью и подвигом, - шаман коротко вздохнул, точно приходя в себя, - но ветер и вода всё ещё со мной, - обернувшись к зрителям поединка, он произнёс: - Моя вражда с Гаррошем закончена. Тело его останется здесь, в этом камне, пока я не скажу, что его можно забрать.
Вивиана ожидала возмущения, всё же лишать доблестного врага достойного погребения – это как-то мелочно, но, похоже, в глазах местных это казалось нормальным. Ну ладно местные, но такой дикарский поступок от Тралла… Конечно, Гаррош точно взял бы его череп для чаши, если б победил, но, но Тралл как раз не был Гаррошем. Или Дренор на него действует ещё сильнее.
Двое, стоявшие возле тела павшего вождя, его победитель и его секундант, казалось, не замечали сидевшую на валуне магессу. Тралл негромко говорил женщине:
- Всё закончено. Я уважаю твою верность, он был твоим вождём…
- Он и есть мой вождь, - рыкнула орчанка. Её ладонь сжалась на рукояти меча, на пальцах Ви вспыхнуло готовящееся заклинание, но зеленокожая развернулась к мёртвому Гаррошу, вскинула клинок, салютуя ему и, перехватив меч острием вниз, всадила лезвие себе в сердце. Холод, чувствительный даже для нежити, заставил магессу отвлечься, сбрасывая заклинание, долго ледяную стрелу не продержишь, а когда она вновь подняла глаза, Тралл аккуратно вынимал клинок из раны женщины, не разжимая скованных смертью пальцев на рукояти. Ну да, он же шаман, что ему стоит спасти её? Но к изумлению Вивианы, орк просто уложил погибшую возле каменной могилы Гарроша, не пытаясь лечить или воскрешать. Глухо повторил: - Всё закончено.
Возможно, в этом было некое величие, позволить воину уйти вслед за командиром. Но магессу уже передёргивало от этого варварства. Закусив губу, она смотрела, как шаман ставит некий тотем, а потом разворачивается и идёт вниз. Он подобрал свой молот, но по тому, как Тралл держал оружие, чувствовалось – он знал, что больше эта вещь ему не послужит. Хотя бы на Дреноре.
«Выжидать, значит». Лиадрин ничего не говорила о том, сколько надо здесь быть, формально Ви уже свободна, как минимум, от конкретного задания, но те, кто входят в список доверенных лиц королевы Сильваны (или мечтают со временем войти в этот круг) не отличаются формальным отношением к работе. Солнце клонилось к закату, внизу пели нечто вроде погребальных гимнов, восхвалявших мёртвого вождя, и среди тех, кто перечислял его подвиги, время от времени мелькали зеленокожие. Коркронцы или кто? Но вообще с высоты пригорка были видны смешанные компании. Порой то коричневый, то зелёный орк поднимался к месту поединка – отдать последние почести вождю, в чём-то поклясться, бросить к подножию каменного «гроба» и на тело женщины цветы, яркие, как пламя. Сначала Вивиана невольно вздрагивала, опасаясь, не припрётся ли ещё самоубийца, ей на сегодня и так хватило зрелищ, но постепенно успокоилась – подходившие вели себя вполне пристойно. Когда ближе к вечеру заявилась компания троллей и начала обсуждать, каким бы Гаррош был на вкус, магесса, не выбирая выражений, послала их подальше, и они убрались, не споря. То ли уважая Ви как стража этого места, то ли оценив посверкивающее в руке заклинание, а может, сообразили, что темнеет, а ночью смеяться над покойниками вуду не советует.
Саму девушку соседство с двумя телами не смущало. Без некроманта они безобидны, а заявившийся сюда некромант выдаст себя, начав ритуал. Там и посмотрим, кто сильнее – погонщик мёртвых или боевой маг. Щурясь, Вивиана смотрела, как зажигаются внизу факелы, как расходятся, разъезжаются воины двух армий. Шум голосов стихал, стало слышно, как журчит, точно ручей, поставленный тотем. Света он не давал, но нежити фонарики и не слишком нужны.
Просидеть тут всю ночь? Магесса жевала предусмотрительно прихваченную с собой еду, благо сушеное мясо да орехи карман не тянут, и размышляла. А что, собственно, ей мешает? На случай долгого ожидания есть книга (пока что Ви её не доставала только по одной причине – вдруг кто решит, что она читает над мертвецами какие-то заклинания), Лиадрин про свою наблюдательницу ещё не вспомнила, так что… ждём.
Нечто началось примерно на сороковой странице. Мирный плеск вдруг заглушило неприятным скрежетом и хрустом. Магесса тотчас закрыла книгу и развернулась. Нет, некроманты поблизости не бродили, двигалась сама каменная рука, разжимаясь, осыпаясь мелким щебнем, втягиваясь вниз. До конца, впрочем, этот процесс не дошёл – ни превращаться в груду камней, ни уходить под землю та не стала, так и осталась торчать, только чуть пониже, да «ладонь» раскрылась.
«Полночь, что ли?». Вивиана не слишком верила в суеверные россказни о том, что на момент смены суток приходятся всякие чудеса и ужасы, чудеса творятся, когда маг начинает колдовать, а ему в этом время не указ, но откуда-то же эти байки берутся. Может, как раз от шаманов. Додумать свою мысль девушка не успела, потому что лежащее на «ладони» тело зашевелилось. Некромантией по-прежнему не тянуло, отметила Ви, быстро прячась за валуном. Кто его знает, на каком уровне вменяемости проигравший орк очнётся?
Судя по ругани, всё, произошедшее с ним, Гаррош помнил. Спрыгнул вниз, ещё одного ругательства удостоился щебень под ногами, подобрал оружие… и замер носом к носу со своей секундантом. Короткий разговор – Ви не вникала в подробности, поняла только главное «- Идёшь со мной? - Всегда и везде», и орки начали спускаться вниз. Затаившуюся нежить они то ли не заметили, то ли не стали связываться – судя по скованным движениям, как минимум, Гаррошу пока что лезть в драку рано.
«А вот теперь задание выполнено полностью. Можно идти отчитываться».

URL
2016-04-05 в 23:25 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Награнд
- Итого наш достойный шаман и бывший вождь провёл великолепную игру, - в голосе Лиадрин слышалось искреннее восхищение, любовь к красивым интригам с магией была у эльфов в крови, - Вивиана, по вашим словам, Гаррош и его секундант встали не нежитью?
- Нет, - магесса потёрла лоб, припоминая все подробности ночного колдовства, начиная с жуткого хруста от раскрывающейся каменной руки, - Ни жёлтых, ни синих светящихся глаз у орков не было, проявлений некромантии я не чувствовала. Было какое-то изменение, но… от жизни, а не от смерти.
Прозвучало чуть неуверенно, но командир паладинов, как успела понять Ви, не имела привычки ловить подчиненных на таких пустяках. Наверняка отметила, но промолчала. Прямо идеал благородного рыцаря. Впрочем, уверенно сидящая в седле эльфийка в великолепных доспехах, поверх которых ниспадает плащ с гербом Луносвета, и без того выглядела точно из книг, даже на фоне своих воителей. Как должна смотреться рядом с ней магесса Лейнфилд на скелетном скакуне… м-да, не слишком приятно. Злая ведьма из тех же книг, для полноты образа только какого тролльего амулета не хватает.
Прогулка по залитой солнцем степи очень способствовала придумыванию и вспоминанию иллюстраций к сказкам, слишком уж картинно выглядел полдневный Награнд, но Вивиана всё же вернулась к более насущным вопросам.
- Миледи, вы обещали уточнить срок моей службы в вашем достославном отряде. Я благодарна вам за такую честь, но всё же для нежити трудно быть рядом с паладинами.
Трудно было сказать, оценила ли командир подобную выспренность, из её воинов кто-то даже хохотнул, но Ви не стала оборачиваться и уточнять, кого так веселит то, что девушка из Подгорода говорит на высоком эльфийском. Лиадрин же отвечала абсолютно спокойно, точно была уверена в познаниях магессы.
- Я понимаю, и рада, что вы напоминаете о своих… особых потребностях, но пока что вы мне нужны. Задание, которое нам предстоит, может потребовать самые неожиданные способности, а вы уже проявили себя наилучшим образом, - прежде, чем Вивиана успела поблагодарить Лиадрин за лестное мнение, та продолжила, - мэтр Кадгар желает, чтобы мы добыли у правителя огров два артефакта – фолиант скверноломов и печать короля-чародея.
Вот теперь эльфы и впрямь проявили свою хвалёную эмоциональность – над отрядом разразилась буря негодования.
- Он ещё смеет что-то у нас просить? После того, как поиздевался, призвав сюда союзников из Альянса и заставив наш отряд сражаться рядом с воинами Артаса?, - звенели голоса, пронизанные гневом. Память о том, что Кадгар обратился не просто к Альянсу, а едва ли не напрямую к королю Нордскола, и что в битве у портала среди знамён был и штандарт Незабудок, королевского отряда, ещё оставалась свежа, и даже временное перемирие с ненавистным, злейшим врагом для луносветцев казалось мучительным.
- Он не просит. Он приказывает, - прорезали бурю слова Лиадрин, - И наша задача – выполнить этот приказ. Проблема же в том, что добраться до императора Мар’гока будет очень непросто. И, - эльфийка приподнялась на стременах, вглядываясь вперёд, туда, где маячили очертания тяжёловесной огрской крепости, - кажется, у нас есть ещё дополнительное препятствие.
Острые глаза её отряда увидели, что крепость осаждена – перед её стенами виднелись орочьи фигуры. Судя по их поведению, это была отнюдь не дружеская встреча и не тренировка союзников.

Каргат знал, что рано или поздно огры изменят. Он ждал этого всем сердцем – когда же эти твари проявят свою истинную натуру, и он сможет отомстить, сможет уничтожить тех, кто обманул его. Но паскудные двухголовые (прочих он не считал, не они ж решают) выбрали наилучший момент. Боевой вождь Гром где-то в Танаане и когда ещё вернётся, Гаррош ранен после поединка с шаманом. Железной Орды, считай, нет, есть клан Изувеченной Длани, сколько-то вояк Песни Войны, сколько-то пришедших от Азуки…
Нас мало. Хорошо штурмовать крепость огров, когда её стены разбиваются машинами Чёрной Горы, когда грозную магию двухголовых сдерживают шаманы Кровавой Глазницы. Сейчас же этот бастион почти неприступен. Огры, правда, тоже на вылазку не решались, всё же после того штурма их осталось мало. Да и не хотят они встречаться в бою с Изувеченной Дланью. Боятся. Лицо вождя исказилось зловещей ухмылкой.
Орки, особенно бывшие гладиаторы, плохо умеют вести осаду. Каргат знал, что многие из его воинов уже говорят, что это переглядывание и переплёвывание с ограми – трусость, что надо рискнуть и прорваться. Но пока они его слушаются. А он выискивает слабые места в обороне врага и слушает, что кричат со стен. Порой огры проговаривались об интересных вещах. О том, что Танаан взбунтовался, что Громмаш либо мёртв, либо стал чьим-то там рабом. Тогда орки едва не пошли на приступ, только рык Каргата удержал их от самоубийственной атаки. Он сам не помнил, что именно орал, кажется, что Гром бы весь этот Танаан на руку намотал, он же боевой вождь, а не сопля элекковая.
После того оскорбления огров обратились на самого Каргата. Лично Ко’раг, главного сквернолома узнать было нетрудно, установил на стене кол и проревел:
- Повелением Императора Мар’гока этот кол украсит твоя голова, презренный гладиатор! Но если, - тут он обратился к своим воякам, - кто-то захватит Каргата живым, то этот огр станет считаться знатным, а орка мы посадим на кол.
Вождь Изувеченной Длани выслушал всю тираду, заранее зная, что бросать этим вызов бесполезно. Даже ради знатности они не рискнут выйти на поединок с чемпионом Арены. Поэтому Каргат только усмехнулся:
- Можем сыграть и так. Эй, найдите-ка мне раздвоенный кол.
Огров слегка перекосило, а ещё сильнее их перекорёжило, когда притащивший деревяшку воин поинтересовался:
- Вождь, ты хочешь сказать, что у ихнего императора две башки, или что у него очень большая задница?
Дружный хохот слегка улучшил настроение орков, но крепость оставалась неприступной.
- Сюда едут враги!
Каргат отвлёкся от рассматривания укреплений. Противник, здесь, а не за стенами, тот, в кого можно вонзить клинок… Добрая весть!
- Кто они? Огры?
- Чужаки на безрогих талбуках. Со знаком огненной птицы.
В первый момент вождь решил, что пришельцев с Азерота наняли араккоа, но символ на флаге не слишком походил на гербы крылатых. А ещё эти чужаки были смутно знакомы, Каргат прищурился, вспоминая выпад клинка и вспышку света, выбивающиеся из-под шлема рыжие волосы. Ага, их главную он видел на арене, когда пришельцев вёл седой шаман. Что, неужели они пришли, чтоб закончить вызов, сразить сотого бойца?
Видно было одно – сходу в бой наездники кидаться не думают, подъезжают не быстро. Не трусят, не наглеют. Орочий вождь подождал, пока чужаки окажутся поближе, он не Громмаш – на пол-степи орать.
- Решили подраться? Я не прочь, только чуть позже – когда вон та арена, - он махнул рукой в сторону огрской крепости, - станет нашей. И где ваш седой шаман?
- Седой шаман Кадгар занят своим чародейством, и он послал нас за нужными ему вещами. Так что нам тоже не до драки, - чужачка говорила довольно чисто, получше, чем те же дренеи.
- И где эти вещи?
- В той крепости. У императора и кого-то из его вояк.
- Неплохо ваш шаман вас послал!, - Каргат ухмыльнулся, продолжая пристально разглядывать остроухих. Конечно, они враги, и, может, боевой вождь Гром Адский Крик сказал бы кинуться в бой, а не болтать. Но Грома здесь нет. Зато есть те, кто умеют драться, эта рыжая, он видел, могла бы стать интересным противником на арене. Её воины вряд ли ей сильно уступают, шаманка верхом на скелете тоже, верно, взята сюда не просто так. Но будь они дважды великими, их мало. Как и нас мало. Орк провёл языком по клыкам. Когда Громмаш вернётся, он будет орать, но пусть начнёт со своего пророка, умудрившегося слечь в самый неподходящий момент. А перед Каргатом была огрская крепость, и её он возьмёт.
- Вас мало, нас тоже. Огров в городе хватит на всех… даже если мы пойдём вместе. Поделим славу?
Остроухая кивнула. Спрыгнула с талбука, шагнула ближе. Пальцы у неё были тонкие, но цепкие, рука хорошего мечника.
- Здесь и сейчас мы союзники, вождь Каргат.
- Здесь и сейчас мы союзники, - он запнулся, и женщина произнесла, - моё имя Лиадрин.

За спиной негромко, но отчётливо – для эльфийских ушей – и возмущённо переговаривались её воины, но леди Лиадрин обернулась к ним только тогда, когда краткий ритуал был завершён. Временный союз скрепили кровью, Каргат провёл ладонью правой руки по клинку, заменявшему левую, паладин воспользовалась кинжалом. Было трудно не залечить рану моментально, но она выдержала паузу до того момента, как вернулась к своему отряду.
- Миледи, вы действительно собираетесь довериться этому… дикарю?, - голос Дранара, её заместителя, звенел от гнева.
- Вообще-то мы уже который год состоим в Орде, чья столица – Оргриммар. Те орки, эти орки… какая разница? А насчёт доверия… посмотрим, что он предложит, - прежде, чем хоть кто-то ещё выразил возмущение, командир веско добавила, - в Железной Орде хотя бы троллей нет.

URL
2016-04-06 в 06:27 

Дариона
Добрейшей души ДК (с)
Лиадрин чудесна. Очень... эльфийские аргументы у неё =)

   

Логово Огненного Тигра

главная