Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
15:10 

Другая планета

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Перетаскиваю свои фики с ЗФБ. Этот умудрился выполнить одну заявку, хотя Тигр о ней не знал. А в целом, очередное тигровое размышление о хитросплетениях судеб, власти и верности.

Серж не собирался попадать к цетагандийцам. Он был честным солдатом Барраяра, и пускал размалёванным кровь так, как должен был это делать солдат его графа. А потом им не повезло нарваться на засаду, и трое парней остались лежать под клёнами навсегда, четверым удалось уйти, а Серж оказался в плену. Его допрашивали, грозили пыткой, а он смеялся им в лицо. Потом ему вкатили какую-то дрянь, и он снова смеялся, потому что цеты не знали окрестных гор и холмов, им ничего не говорили его слова. Глядя на эти вытянувшиеся морды, на то, что сказанные им названия абсолютно не совпадали с картами, Серж ржал до колик, лучше, чем в цирке. Потом он очнулся уже в местной «тюремной камере», а проще сказать, подвале занятого замка, и понял, что стал предателем. И плевать, насколько разукрашенным помогут его слова, просто… он не удержал языка за зубами. По идее, его должны были пустить в расход, тем более, что вылазка по его рассказам успеха не принесла, но какой-то там из ихних офицеров заявил, что это его личный пленник. Внешне офицерик выглядел моложе шестнадцатилетнего Сержа, но был сыном очень знатного цета, и его послушались.

Серж не собирался спасаться или спасать. Он вообще не верил, что из-под такой бомбёжки можно спастись. Просто когда всё вокруг буквально горело синим пламенем, он увидел знакомую фигуру, того самого цетского лейтенантика. Парень шатался, как пьяный… или слепой, каким и был. И Серж, которого очередной взрыв оставил на условной свободе, выбив одну из решёток, вместо того, чтобы бежать, втянул этого размалёванного в подвал, и там они и лежали, пережидая обстрел. Барраярец не знал, как объяснит своим, зачем это сделал, загадывать на несколько часов вперёд казалось возмутительной роскошью.

Когда обстрел закончился, отступавшие цетагандийцы по офицерскому коммуникатору обнаружили под завалом двоих искалеченных мужчин. В первый миг было не слишком понятно, кто из них гем-лорд, а кто пленник.

Для лейтенанта цетагандийской армии Тенаро Эрнана и солдата барраярского Сопротивления Сержа война закончилась. Трудно воевать, когда тебе восстанавливают зрение, а единственный из присутствующих в доступности противников находится в этой больнице только потому, что ты второй раз назвал его личным пленником. Барраярцу воевать было бы не легче – врагов, в смысле, цетагандийцев, в лазарете было выше крыши, только тебя ноги не слушаются. Осознание того, что он стал калекой, настолько пришибло Сержа, что он покорно слушался врачей, глотал то, что давали, позволял разминать себе спину. Хотят ставить эксперименты – пусть ставят.

Наверно, надо было бунтовать. Попытаться задушить кого-то из медиков, хотя бы сделать вид, что ползёшь к соседу по палате. Но, видать, местные врачи добавляли в еду изрядную дозу успокоительного, и Серж оставался послушным пациентом и каким-то собеседником для Эрнана. Без своей раскраски цетагандиец был похож на изнеженного столичного франта, а не безликого захватчика, говорил вежливо, и волей-неволей втягивал в разговор барраярца. Трудно не ответить, когда тебя просят описать палату, в которой вы лежите.

– А ты вообще ничего не видишь? – дурацкий вопрос, если у человека половину лица скрывают повязки, то наверняка через них много не насмотришься, но Эрнан спокойно ответил:

– Пока да. Лечение в самом лучшем случае подействует через два-три месяца. В худшем, через год-полтора. Думаю, ты встанешь на ноги раньше меня.

Миг сумасшедшей радости точно осветил палату. Значит, всё-таки вылечат. А потом… вот только потом не будет. Серж представил себе, как вернётся домой – отъевшийся, прилизанный, это в плену-то побывал. Да его любая старуха пинками погонит. И правильно погонит. Хорош гусь – у захватчиков лечиться! Предатель!

– Что такое? – встрепенулся Эрнан.

– Да ничего. Зачем я тебе понадобился?

– Потому что ты выглядел очень отчаявшимся и очень юным, – стоило гем-лорду чуть успокоиться, и он снова начал разговаривать, как по книге.

Пожалел, значит. Толку с этой жалости…

Эрнан, не видя, как Серж кусает губы, чтобы просто не разреветься, продолжал:

– А теперь я у тебя в долгу. Ты спас мне жизнь.

– Да лучше бы ты меня в счёт долга кинул там, ну или сказал своим, чтоб пристрелили! Куда я теперь денусь?!

В ответ донеслось:

– Понимаю. Прости, – таким тоном, словно до размалёванного, хотя какой он сейчас размалёванный, действительно дошло. Может, по доброте душевной и попросит врачей, чтоб дали чего-нибудь хорошего, такого, чтоб уснуть и не проснуться. Если сам Серж скажет, они, конечно, и не почешутся, но гем-лорда, верно, послушаются. А что, личный пленник, что хочу, то делаю.

Пару дней Серж каждую таблетку или укол встречал с тайным трепетом – оно? Но, похоже, гем-лорд не слишком хотел избавляться от пленника. Хотя убивать, пусть и чужими руками, человека, который тебе жизнь спас, тоже свинство получается. А в один прекрасный день – Серж кое-как, цепляясь за койку, встал на ноги – вошедший врач церемонно поздравил барраярца и с успехом в лечении, и с тем, что «его достойные соплеменники смогли отбить атаку непобедимой цетагандийской армии». Война окончилась.

Эрнан в своей обычной манере сказал, что теперь Серж сможет вернуться домой в рамках обмена пленными, без всякого урона личной чести или чести своего рода.

– Ага, когда я встану перед матерью Ивана или Пьера, мне не до чести будет. Ребята из деревни нашей, мы втроём в графский отряд пришли. Только они погибли, как люди, а я… Всё же вам разболтал.

Отправлять барраярца обратно теперь казалось не благородством, а утончённой местью – Тенаро Эрнан мог бы объяснить Сержу, что такое суперпентотал, но важнее, что и Серж, и его соплеменники не посчитают физиологическую реакцию организма оправданием. Варвары! Когда гем-лорд услышал, как его собеседник тяжело осел на кровать, а потом раздались приглушённые всхлипы, первым порывом было вернуть врача. Мало ли что происходит сейчас с Сержем. Но пальцы замерли, нашарив кнопку вызова… и не нажав. Когда душа рвётся на части, медицина бессильна. Решать эту проблему тому, кто её создал – гем-лорду Тенаро Эрнану.

Через одиннадцать дней больничный период закончился – как только появились первые улучшения, Эрнан предпочёл вернуться домой. Понять его было просто, Сержу хрустящая белая чистота больницы тоже надоела до колик. А теперь для барраярца началась жизнь на другой планете – чем-то вроде экзотической зверюги в зоосаде. Именно так Серж себя и чувствовал.

В роскошном замке (несмотря на всевозможные красивости, чувствовалось, что если понадобится, это строение выдержит осаду) ему прощалось всё. Непонимание этикета, незнание того, что для местных было простейшей техникой. Никто ни разу его ни в чём не упрекнул, хотя порой слуги смотрели так, точно сожрать были готовы. Казалось, их деревенщина в замке раздражает куда больше, чем хозяев.

Хозяева, вернее, хозяйки (жена старшего брата Тенаро и его сестра) были утончённо-вежливы, и рядом с ними Серж честно пытался припомнить всё, что знал о галантности. Получалось, наверно, плохо, но ни одна из гем-леди на это и не намекнула. Может, лучше бы рассмеялись, сказали, что не так. Но они вежливо улыбались, называли Сержа гостем семьи, точно выстраивая стену – «он особенный. Этот медведь спас нашего брата».

А ещё у цетов оказалась очень вкусная выпивка. Первое время Серж опасался пить, боялся, что лечение пойдёт насмарку, но в какой-то день его так накрыло тоской, что чёрт с ними, с ногами. Элин, слуга, которого он попросил принести «чего-нибудь покрепче», глянул на него так, точно заранее прикидывал, не начнёт ли барраярец буянить и клеиться к леди, но выпивку принёс. Хорошую, которая легко пьётся, пока не вырубишься, а потом никаких снов. И наутро голова почти не болела.

– Хм, я думал, что Тенаро тебя погубит, но не думал, что процесс пойдёт так быстро, – раздавшийся за спиной голос заставил Сержа обернуться. Сложная раскраска превращала лицо смотревшего на него мужчины в маску, но какое-то сходство с Тенаро проглядывало. Гем-лорд Ренвер Эрнан, глава этого рода и хозяин замка. Кажется, нужно поклониться, но барраярец стоял неподвижно.

– Ваш сын меня уже погубил, – похоже, вчерашняя выпивка ещё не до конца выветрилась, и сейчас подталкивала нахамить этому размалёванному.

– Надо сказать, ты ему активно помогаешь, – в негромком голосе явственно звякнула сталь, – Следуй за мной.

Серж повиновался, не очень представляя, что задумал цетский фор-лорд, то-есть гем-лорд. Зачем привёл его в тренировочный зал и приказал своему охраннику «оставь нас».

– Садись, – взмах руки указал на одну из скамеечек у стены, такую же изящную и изукрашенную, как всё у цетов. Сам лорд остался стоять, только опёрся на один из тренажёров.

– Ты здесь вообще был?

– Один раз. Мне в больнице дали список, какие упражнения делать надо, попытался.

– Не получилось, и бросил?

– Получилось, только незачем.

– Да, если некуда идти, ноги, в общем-то, ни к чему, – Серж вздрогнул, сжал кулаки, но размалёванный лорд даже бровью не повёл, продолжая, – но пока ты ещё не стёр все результаты лечения, стоит поговорить. Я ведь в долгу перед тобой, и мне несколько… печально смотреть, как спаситель моего сына превращает себя в развалину.

– А что мне ещё делать?, – барраярец поднялся, сидеть стало абсолютно невыносимо. «Пока я стою на своих ногах. И этот не будет смотреть на меня сверху вниз».

– Возможностей у тебя много. Закончить полностью лечение, а дальше… к примеру, вернуться на Барраяр.

– Вы…

– Не издеваюсь. Возвратиться в родную деревню тебе вряд ли удастся, по крайней мере, скоро, но вашей планете, её городам в ближайшее время будут очень нужны техники. Ты получишь здесь профессию, и уйдёшь с Ро Кита специалистом, а вашему миру их не хватает.

– Меня никогда не простят.

– Тебе хватит времени, чтобы придумать любую историю того, как и где ты учился. Но если дорога на родину для тебя закрыта, можешь остаться. Тенаро будет счастлив, а я думаю, что к его выздоровлению ты уже многое освоишь.

– Ваш этикет?

– И это тоже. А впрочем, мир велик и не заканчивается Цетагандой и Барраяром. У тебя есть все возможности начать жизнь заново, хотя для начала придётся понять, чего ты хочешь. От Старой Земли и до космических станций, Вселенная велика.

«Я был счастливее, когда моим миром была моя деревня». Сержу раньше приходилось слышать фразу «головокружительные возможности», один парень, уехавший в город, так рассказывал землякам о том, почему именно в городе настоящая жизнь. Видно, где-то там фразу и подцепил. Но раньше Серж не представлял, что возможности действительно бывают головокружительными – когда вроде ничего плохого тебе не грозит, но от размаха жутко, тошно и хочется вцепиться в чью-то руку.

– И что мне делать? – сейчас он говорил уже не нахально, а растерянно.

– А этого я тебе не скажу, – гем-лорд Эрнан странно улыбнулся, – Я понимаю, ты хочешь, чтобы кто-то указал тебе путь. Но если я начну говорить, что тебе делать, ты станешь одним из моих людей. И тогда уже я решу, чему ты будешь учиться и кем станешь потом. Я найду тебе место, как одному из своих.

«Быть телохранителем Тенаро», неожиданно промелькнула мысль. Серж тряхнул головой, отгоняя её.

– Как вы это сделали? – он никогда не был суеверным, но сейчас поверил бы и в колдовство, – Мне всё время казалось, ваши – они другие. Совсем другие. Даже если не враги, всё равно. А вы… Простите, но если вы смоете этот грим, то будете всё равно, что фор-лорд.

Ещё одна странная улыбка в ответ.

– Ты помнишь, что наши предки вышли с одной планеты? В моём геноме больше изменений, в твоём – меньше, но где-то там есть, в нашей родословной есть те, кто сражались за своих императоров, ещё не представляя, что можно жить не на Земле. От них толком не осталось и памяти, Цетаганда, Барраяр, другие далеко ушли от Старой Земли, и порой трудно представить нечто общее между нами. Но годы службы проходят, как шлифовка, и делают нас просто военными. И просто людьми.

Теперь Серж понял, почему в старых сказках нечистая сила обычно спрашивает «Чего ты хочешь, человек?». Такой вкрадчивый заманчивый вопрос, на который так трудно ответить. Конечно, гем-лорд, в отличие от сказочных злодеев, вряд ли способен превратить тебя в мутанта, хотя ставить на это барраярец бы не рискнул. Ренвер Эрнан, кажется, может многое.

Промучившись несколько дней – с выпивкой бы, наверно, пошло легче, но хозяин замка настрого запретил давать барраярцу алкоголь – Серж понял, чего он хочет. Нет, здесь он не останется, вылечится, и адью. Но он дождётся, когда полностью выздоровеет гем-лорд Тенаро, и тогда ещё раз скажет ему, в чём тот не прав. Чтобы говорили не полутруп со слепцом, а мужчина с мужчиной. И если цетагандиец опять начнёт своё «ты был таким юным, что я не мог видеть в тебе врага», то получит в челюсть. Чтобы раз и навсегда понял, кого жалеть не надо.

А пока что оставалось лечиться, учиться… и ждать. И снова удивляться холодному мужеству Тенаро – восстановление зрения затягивалось, но гем-лорд воспринимал это спокойно. Если бы Сержу сначала поставили один срок и вдруг заявили, мол, простите, будет вдвое дольше, и это приблизительно, он бы сорвался. Может, не на врача, но потом точно бы побушевал. А этот… как статуя. Неужели он действительно настолько верит докторам, что абсолютно не беспокоится? Или просто держит спину, как полагается лорду?

Но как глупо получается — врага, барраярца на ноги поставили, а своего вылечить не могут. Несмотря на регулярные приступы паники (стоило чуть споткнуться, и точно обжигало — а вдруг ноги снова откажут?), тело не подводило. Занятия в спортзале из испытания стали сначала развлечением, а потом рутиной. Лучшим развлечением сейчас были прогулки по окрестностям — всё-таки парк у цетов красивый.

Камешек с дыркой, как раз такой, какой нужен для амулета зоркости, точно сам подвернулся под ноги. Обычно шнурок для него плели матери или сёстры из своих волос, но Серж подумал, что и его грива сгодится. Вон как оброс, скоро сам косы плести сможет. И... разве он не хочет всем сердцем, чтобы Тенаро выздоровел?

Слуги смотрели на странный подарок, точно барраярец собирался заколдовать их лорда, но Тенаро аккуратно взял камешек, ощупал.

– Интересный талисман. Говоришь, он помогает исцелению глаз? Спасибо. Учитывая прогнозы, мне он пригодится.

– А что за прогнозы? – голос чуть дрогнул, – Это же… не навсегда?

– Нет, но вернуться на военную службу я не смогу. Скорее всего. Зрение восстанавливается… знаешь, сейчас ты стоишь напротив окна и я вижу силуэт, но полностью в норму не придёт. В общем, пока приходится читать аудиокниги.

– Книги для… слепых? – машинально переспросил Серж. «Он не заслужил такого. Он не заслужил стать калекой».

– Не только, но и для нас тоже. Послушай, ты принимаешь это слишком близко к сердцу. В слепоте нет ничего постыдного. В ранах, полученных на войне, тем более, – на мгновение он смолк, потом добавил уже другим тоном: – Скажи, на чём держится этот амулет?

– Это прядь волос. Моих, – баррарец прикусил губу, наблюдая, как изменилось лицо Тенаро. Похоже, он опять нарушил что-то там из цетского этикета. И сейчас гем-лорд вертит подарок в руках, не зная, как отказаться.

– Серж, ты понимаешь, это очень важный знак, – Тенаро и без того держал спину, а сейчас даже подался вперёд.

– И что он значит?

– Верность. Это воинский обычай – прядь волос преподносится в знак верности. Ты не знал этого, и…

– Теперь знаю, – а судьба вообще не спрашивает, что ты знал или нет, – теперь знаю, мой лорд.

Кажется, цеты решили, что он свихнулся, но сейчас Сержу было всё равно.

– Это судьба, и ещё кое-что. Здесь, даже если я упаду, даже если мне снова откажут ноги, я встану. Не потому, что врачи, наши не хуже, а потому что… мне будет зачем встать. Там, дома… я теперь всё равно, что мутант. Даже хуже. Предатель, и всё. Я не вернусь.

На мгновение Тенаро стал невероятно похож на своего отца.

– Я принимаю твою клятву.

Гем-лорд Тенаро Эрнан после выздоровления сменил мундир военной службы на мундир дипломатической. Серж иногда посмеивался иронии судьбы – вроде и не хотел, а, следуя за своим лордом, посмотрел окружающий мир. Одна Колония Бета чего стоит. Или станции, все разные и все неуловимо-схожие. И теперь вот новое назначение - на Старую Землю.

Ту самую, с которой вышли предки и цетагандийцев, и барраярцев.

@темы: Буджолд, фанфики мои

URL
Комментарии
2015-03-22 в 15:37 

Дариона
Добрейшей души ДК (с)
Это офигенно. У меня порсто слов нет.

2015-03-22 в 15:42 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Дариона Спасибо. На самом деле с этим фиком занятная история, потому что сначала Тигру хотелось сделать совсем открытый финал, и фик заканчивался на разговоре со старым гем-лордом. Команда захотела прояснить судьбу Сержа, Тигр почесал в затылке, и понял, что никуда барраярец не уйдёт.

URL
2015-03-22 в 15:47 

Дариона
Добрейшей души ДК (с)
И его можно понять. И, знаешь, эта история очень... тронула.

2015-03-22 в 15:57 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Дариона Понять действительно можно. Для барраярцев стать калекой - это худшее, что может быть. То, как Тенаро спокойно относился к своей слепоте, на Сержа произвело неизгладимое впечатление. Это помимо всего прочего.

URL
2015-03-22 в 16:21 

Дариона
Добрейшей души ДК (с)
Для барраярцев стать калекой - это худшее, что может быть
Ага, я помню как Корделия сражалась за Майлза

2015-03-22 в 16:41 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
Дариона По их мнению, от калеки до мутанта один шаг, а хуже мутанта ничего нет.

URL
2015-03-22 в 16:50 

jetta-e
"На крышах Форбарр-Султаны шафранный закат померк..."
Как раз стать калекой для взрослого дееспособного барраярца - это вполне однозначная ситуация, имеющая прописанный "благородный" выход. Оказаться носителем мутации - много хуже.

2015-03-22 в 16:55 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
jetta-e Да собственно, и узнав о мутации, желательно поступить ровно так же. Если вдруг твоя мутация не проявилась внешне достаточно рано, чтобы этим выходом воспользовались ещё твои родители.

URL
2015-03-22 в 17:00 

jetta-e
"На крышах Форбарр-Султаны шафранный закат померк..."
Огненный Тигр, узнав о мутации, необходимо покончить с собой тайно - потому что если просочатся сведения о причине, замарана оказывается вся твоя родня, включая дальнюю. А самоубийство инвалида войны - храбрый почетный выход ("никто бы не захотел длить такую жизнь") и уважение/соболезнования семье. Результат один, но первое на порядок хуже второго.

2015-03-22 в 17:23 

Огненный Тигр
тварь, воспитанная книгами
jetta-e Да, и в этом есть свои акценты.

URL
   

Логово Огненного Тигра

главная